Да, следы, а не след, пройдя немного, я заметил еще один, а потом и еще. Чем дольше иду, тем больше подмечаю разного. Вроде бы и мелочи по большей части, однако мой мозг их как-то подмечает, складывает в единую картинку и выдает ее мне.

Занятное ощущение, на самом деле. Вначале оно как-то напрягало, сбивало с толку и, может быть, даже немного пугало, но вскоре привык и стал воспринимать как что-то привычное. Это как дышать или смотреть стало. Задумавшись, я могу это вроде как контролировать, но в целом работает само по себе.

Полчаса по лесу, и до меня вдруг донеслись звуки. Сначала не понял, что это такое, — просто что-то отличное от того, к чему я привык за последнее время. Прислушавшись же, осознал, что, кажется, впереди кто-то с кем-то сражается — слышны рыки, какой-то свист и даже взрывы, что ли. Перейдя на бег, несусь туда. А вдруг это дед сражается и ему нужна помощь? А может, и не дед…

Понимая, что там может биться кто угодно, когда звуки битвы стали совсем уж громкими и стало понятно, что я уже близко, замедляюсь и дальше осторожно крадусь. Метров десять, и я вышел на край большого глубокого оврага, в котором сейчас и разворачивается услышанный мной бой.

Притаившись, наблюдаю за происходящим там. Вижу несколько неподвижно лежащих на земле истыканных стрелами туш каких-то зверей, похожих издалека на здоровенных волков. А еще вижу деда, это точно он, резво скачущего по оврагу и стреляющего из лука по противнику. Сражается же он с еще более огромным волком, чем те, которых уже убил. Он метра три в длину и в высоту под полтора. Та еще махина, и, несмотря на немаленькие размеры, похоже, весьма шустрая.

В волке торчит несколько стрел, но не заметно, что это ему сильно мешает, он снова и снова бросается на деда, пытаясь достать его, а тот ловко уворачивается, не забывая атаковать в ответ. И дед не просто стреляет в него, а еще и накладывает на стрелы разную магию.

Порой его стрелы окутываются пламенем и, попадая в волка, красочно взрываются, создавая небольшие огненные облачка, хоть и не причиняя тому серьезного вреда. А иногда они словно леденеют, и если вонзаются во врага, то по его телу начинает расходиться ледяная корка. Однако дед еще слишком слабо прокачан, и все эти ухищрения особого эффекта не дают. Во всяком случае, против этого волка, он на них даже особого внимания не обращает.

И да, я не бросился сразу же на помощь деду. Вначале осмотрелся, понял, что вроде бы больше тут никого нет. А потом как-то засмотрелся на развернувшуюся в овраге битву. Я же ни разу не видел, как дед сражается. Он мне рассказал, какие умения выбрал, но как все это выглядит… Впрочем, опомнился я быстро, в тот момент, когда долбаный волчара, никак не желавший подыхать, несмотря на все усилия деда, все-таки достал того и оставил кровавый след на его груди.