«Обращайся ко мне Безб, а не текущий носитель», — недовольно буркнул я.

— Принято, Безб .

Покладисто согласился ассистент. «Ладно, рассказывай, что там со мной сотворил этот твой эттерниум. И про интерфейс дополненной реальности расскажи всё, что знаешь».

— Боюсь, что для полного рассказа у тебя слишком низкий уровень генетического эттерона, Безб.

Подколол меня искин. «Тогда рассказывай, что можешь», — не стал спорить с железякой я.

— Рекомендую принять сидячее положение. Первая активация интерфейса дополненной реальности может быть весьма неприятной.

«Обожди», — попросил ассистента я. Мой рюкзак так и валялся у стены. Скоротечный бой с альфой ему не навредил. Содрав с тела остатки футболки, извлёк запасную, а потом, немного подумав, сменил и заляпанные кровью и прожжённые в нескольких местах камуфлированные штаны.

Сёрчер я опытный, сменную одежду привык таскать давно. Мало ли чем извазюкаешься, а у нечисти нюх острый. Легче пару лишних тряпок с собой таскать, чем потом от какой-нибудь сильной твари несколько километров улепётывать. И ведь не отстанет, пока Очаг не покинешь. И ладно ещё если лето на дворе, а то прыгнешь так пару раз в сугроб с голым задом, мало не покажется. Одежду-то зимнюю приходится в укромном месте прятать, когда в Очаг заходишь, а оружие нормальное и вовсе за пределами аномальной зоны оставлять, нечисть порох за несколько километров чует.

Устроившись на своём рюкзаке у той же стены, я скомандовал ассистенту: «Приступай».

— Во время активации интерфейса дополненной реальности ты можешь ощущать дискомфорт, боль, оптические иллюзии, приступ панической атаки и другие симптомы. Таким образом интерфейс дополненной реальности подключается к твоей нервной системе. У меня всё под контролем, главное — сохранять спокойствие и оставаться на одном месте. Ориентировочное время активации — пять минут.

«Да хорош уже языком трепать, действуй, после того как со мной поработал твой эттерниум, мне уже ничего не страшно», — мысленно прошипел я. Меня и раньше-то было чертовски сложно назвать приветливым человеком, а сейчас вообще что-то выгорело в душе. Такой лютый холод появился, что самому не по себе становится, но одно я понял очень отчётливо: теперь у меня появился шанс не просто выживать и словно послушный пес таскать святошам гемы, а свершить свою месть. Отступник, говорите? Вне закона? Можно карать за любую провинность без суда и следствия? Ну-ну. Вы у меня, гниды, за всё ответите. За каждый шрам на моём теле, за каждый удар плетью у позорного столба, я взыщу долг с каждого, а там и до тварей доберусь, на них тоже долг крови.