Как подсказал Ларри, перед нами находился заведующий какой-то там кафедры. Главный простолюдинофоб академии, и он намеревался стать новым директором, но назначили Кондрашова.

— Это… это ведь диверсия! Я буду жаловаться!

— С удовольствием выслушаю вас в суде. Заодно зачитаю все жалобы и обвинения простолюдинов в сторону аристократов, студентов и преподавателей.

Валентин замолчал, а люди уже погрузились в Возмездие. Остался лишь Кондрашов, и мы вместе с ним последние оказались внутри. Затем трюм закрылся, и мы взлетели.

Люди же с восторгом осматривали содержимое трюма. А здесь и Кирпич, и Гончие с Клинком, и целая тьма Ликвидаторов. Но также в пару рядов стояли Стражи.

— Вижу, вы остались под впечатлением от Зажигалки? — рассмеялся Кондрашов, смотря на Клинок.

— Не без этого. Шагающая техника идеальна для болот.

— Это вы ещё не видели «Бегемота». Парящий тяжёлый лучевой танк в своё время был нашей гордостью.

— А куда он делся? — заинтересованно спросил я.

— Да в утиль сдали его… — вздохнул мужчина. — Для того, чтобы эта малышка могла работать, нужна была слаженная команда сильных Одарённых. Иначе Бегемот утонул бы в первом же болоте. Слишком уж прожорливым он был.

— Представляю…

Вскоре большая часть людей оказалась в столовой, других расселили по свободным каютам. Но до Магнитогорска на полной скорости лететь менее часа, так что вскоре люди оказались в космопорте.

— Впечатляет… — Кондрашов уставился на огромную городскую стену, да и остальные пялились на неё. Кто-то даже фотографировался.

— Экскурсию? — предложил я. Конечно, спрашивать не было смысла… так что вскоре за нами приехали машины, и мы въехали в огромные городские врата. Там был сорокаметровый тоннель и дорога шириною в двадцать метров.

Врата выпирали из стен и уже были укреплены пушками, но пока лишь простенькими. И вот, внутри тоннеля была дорога внутрь стены. Там мы припарковались и, покинув машины, направились на лифты, которые подняли нас на крышу этой стометровой в высоту стены.

— Ух-х-у-у-у-у! — закричала одна молодая девушка, подбежав к краю стены. Тут кстати оградка была. И журналисты…

— Смотри-смотри! — журналистка, которая делала репортаж, показала на нас, и оператор навёл на нас камеру. А у нас тут Одарённая молодёжь, ну и много Операторов ЭЛИ. А также Кондрашов, которого тут же узнали.

— Александр Михайлович! — глаза журналистки загорелись, словно два фонаря. — Вы вернулись в Пятый сектор?

— Так и есть, — уверенно ответил мужчина, а я стоял рядом.

— Александр Михайлович согласился возглавить Пятую базу. Так что жукам теперь не поздоровится, — добавил я, а девушка чуть сознание не потеряла от счастья. Всё же это «сенсация».