Последний год она активно занималась языками и довольно неплохо общалась на английском и немецком, подтянув их до приличного уровня. У братьев девчата тоже изучали иностранные — не знаю, зачем на этом мы настояли, но чем-то же нужно было занять девушек: нам удаётся навещать их три, максимум четыре раза в неделю, а остальное время они проводят в одиночестве — читают, занимаются самообразованием, да ещё репетиторы по языкам посещают их на регулярной основе.

Анна в последнее время наконец перестала смущаться: когда я прикасался к ней, исчезли та робость, стыд и страх, что присутствовали в начале нашего знакомства. Здесь я по-настоящему отдыхал от напряжённого ритма жизни, который сознательно выбрал для себя.

Имея одно сознание на троих, мы с братьями старались встречаться со своими пассиями в одно время, чтобы не приключился какой-нибудь конфуз: когда один находится в постели с красивой девушкой, а другой, допустим, на важной встрече. Ведь у нас по факту все общее, так или иначе не важно боль это или удовольствие, но если один из нас что-то ярко чувствует, то это автоматически передается и остальным. Со все мы вытекающими реакциями организма. И если боль от ранения, или удара мы научились стойко переносить и купировать, как бы отдаляясь, то вот в общении с женским полом так увы не получалось.

Завтра предстоит непростой день, поэтому сегодня мы позволили себе просто расслабиться и отдохнуть.

— Добрый день, господа! — встретил на с иголочки одетый дворецкий, отворяя шикарную дубовую дверь и приглашая войти.

Альфред и Людвиг Нобель сегодня находились в своей резиденции, и наконец-то соизволили принять нас у себя для разговора. Мы отправились втроем: я, Кузьмич и Томских. Никиту и Леху не стал подключать к этой встрече, не зачем Нобелям видеть перед собой такое количество малолетних всезнаек, а одного надеюсь они как-то смогут переварить. Мы поднялись по шикарной мраморной лестнице на второй этаж дома, где находился большой кабинет промышленников.

Альфред и Людвиг сидели на изящных креслах перед ними стоял журнальный столик с сервизом. Видимо там находился чай, и мы застали их во время чаепития. Братья при виде гостей поднялись со своих мест.

— Добрый день, господа! Рады встрече, увы большим количеством времени не располагаем, поэтому просьба сразу перейти к делу. — сказал старший брат Людвиг.

Разница в возрасте у них была очень небольшая, сейчас в 1900 году это были уже пожилые люди, одному 67, а второму 69 лет. Довольно-таки преклонный возраст для этого времени. И надо отдать им должное они при этом умудряются активно заниматься делами.