Мы не занимались какой бы то ни было пропагандой среди широких масс населения, но были уверены, что рабочие с наших предприятий нас безусловно поддержат. Число предприятий за последнее время выросло до пятидесяти семи, причем только в Санкт-Петербурге насчитывалось уже двадцать шесть фабрик и заводов, принадлежащих людям Джугашвили, которого с нашей легкой руки все окружение стало именовать товарищ Сталин. Ну никак не мог я пропустить этот момент. Итак, лидер из Грузии вызывал у некоторых причастных вопросы, особенно в начале взаимодействия. Думаю, что и в истории моего мира псевдоним, под которым Иосиф Виссарионович сыграл немаловажную роль.

На заводах, подконтрольных Сталину условия труда и отношение к людям сильно отличались от того, что происходило у конкурентов. Это вызывало бурю негодования у той части капиталистов, что привыкла выжимать последние соки из работяг. И на наши заводы регулярно обрушивался гнев властей. Все было достаточно просто: промышленник «заносил» кому надо, и тут же начинали крутиться шестеренки репрессивного механизма.

Однако стоит сказать, что находились и сторонники такого пути развития. В крупных городах империи появилась целая когорта промышленников, желающих перенять наш успешный опыт. Для них это были разрозненные предприятия, которые объединяли лишь общие, передовые подходы к организации труда. Такие промышленники были уже в Санкт-Петербурге, Москве, Казани, Ярославле и многих других городах империи. Часть из них удалось уже к этому моменту вовлечь в нашу деятельность по подготовке к часу «икс».

Спустя час после отбытия из Санкт-Петербурга, мы с Лехой отчетливо почувствовали, что Никита начал приходить в себя. Сознание возвращалось к нему медленно, но после того, как на голову вылили ведро ледяной воды — глаза брата окончательно открылись. Он осмотрелся по сторонам и увидел, что находится в какой-то небольшой комнате без окон. Кирпичные стены, отсутствие признаков жизни подсказывало, что это либо подвал, либо какое-то складское помещение.

Прямо перед ним стояли два человека в хороших костюмах и мужик бандитского вида с короткой бородой. Последний был довольно крепкий малый, руки как кувалды, широк в плечах и силушкой Господь не обидел. Именно он держал в руках ведро, из которого и выплеснул на Никиту воду.

— Ну что, господин Горский! Как вы предпочитаете построить наш диалог⁈ — с акцентом, явно выдающим жителя туманного Альбиона, проговорил мужчина в костюме.

— Кто вы такие, и что вам нужно?

Второй после слов брата расхохотался:

— Нет, смотри, Джеймс, этот сосунок до сих пор пытается изображать из себя невинную овечку. Все как Мартин нам и говорил. Определенно эти братья Горские имеют большой талант в импровизации. Ты случайно в театре не служил⁈ — глядя на Никиту, сказал он.