— Привет Россия. — Владимир говорил чётко, ясно, стараясь не делать долгих пауз. — Простите, что не могу сказать вам: «Добрый день» потому что день недобрый. Какие-то мрази вновь решили, что корона империи вручается не Вселенским Собором, а может быть отнята словно мелкая монета, и втоптана в грязь. А сейчас я передаю микрофон императору Всероссийскому, Константину Первому.

— Здравствуйте, товарищи. Братья, сёстры. Труженики и творцы, воины и исследователи. Все те, чьими трудами славна наша Земля. Знаю, что мятежники распустили слух о моей гибели, но это конечно враньё. Щит Главного Дворца никому не пробить. Кроме того, в город входят первая и Вторая Егерские дивизии, и в целом город под нашим контролем. Предостерегаю всех! Жертвы среди мирного населения нам не нужны. Находитесь дома. И не открывайте двери незнакомым.

Изначально мятежникам не на что было рассчитывать. Все их действия мы предусмотрели заранее, и предприняли надлежащие меры. Хочу здесь и сейчас поблагодарить товарищей Рубахина за активную позицию и предоставление помощи рабочих дружин. Товарища Тарханова, за помощь от лица конституционных демократов, и товарища Бородина за помощь от партии монархистов. Особо хочу отметить активную позицию представителей деловых кругов Урала и Сибири. Благодаря им, все выступления в азиатской части страны были оперативно подавлены, а присланные подкрепления егерям и пилотам столичного округа, закрыли несколько очень важных участков. Особенная моя благодарность отставникам и инвалидам[2] армии и флота. Именно они, собравшись в дружины, дали отпор криминалу на местах.

К сожалению, пока идёт поиск заговорщиков, но я уверен, что к концу дня, все они будут схвачены и подвергнуты суду вне зависимости от статуса и общественного положения.

Великий князь Александр слушал выступления императора на большом армейском радиоприёмнике. К сожалению, ни заглушить, ни прервать эфир они не могли. У радиостанции имелись свои аккумуляторы, позволявшие им вещать целый час после отключения энергии, да и не имело это особого смысла, так как сигнал уходил на спутник, а оттуда на передатчики-ретрансляторы, накрывавшие не только Москву, но и десятки других городов империи.

— Поднимай всех. — Александр слушавший выступление брата по радио, повернулся к стоявшему за спиной офицеру, показав страшное перекошенное лицо. Целитель сотворил настоящее чудо, собрав ему из разбитых в фарш хрящей какое-то подобие лица, но смотреть на бывшего красавца и любимца дам стало страшновато. Великий князь, увидев, как мелькнула гримаса на лице генерала, скрипнул сжимаемыми кулаками. — Всех это значит всех. Мы завалим эту башню трупами, но я должен выйти оттуда с головой Константина в руках.