Ангелы, охраняющие его, те еще мозгоправы и не допустят утечки информации. Да и демоны далеко от них не ушли. К Хранителю или богиням обращаться бесполезно — они могут счесть меня угрозой, да и вас тоже, и род Васильевых будет уничтожен. И они будут в своем праве — рисковать никто не захочет. Но я, как ты понимаешь, этого не хочу. В общем, вся надежда на тебя.

— Я знаю, отец, и я тебя не подведу.

— Насколько далеко ты готова зайти в отношении него?

— Если понадобится, я стану его служанкой, любовницей, но желательно, конечно, женой.

— Можешь настолько далеко зайти, что даже готова связать с ним свою жизнь? Не думала, после того, как мы найдем артефакт, устранить его?

— Он не хуже и не лучше других, -пожала она плечами. — Не урод, сила есть, а станет еще больше. Он растет, не стоит на месте. К тому же, раз им заинтересовались на самом верху, значит, и карьерный рост будет.

Багрянины — древний род, и породниться с ними не зазорно. К тому же, он сейчас овеян неким ореолом тайны и выставлен героем, что тоже играет нам на руку. В общем, нет, устранять его я не хочу, хотя, если на то будет твоя воля, отправлю его в Навь, не задумываясь. Быть богатой вдовой тоже неплохо.

Правда, в этом мне может помешать его сестра, тоже имеющая на Тимофея виды, но это моя проблема, с которой я разберусь сама. Не получится ее отодвинуть, значит, устраню. Но поступать он отправится один, значит, у меня будет время. Не хотелось бы ее убивать. Она, хоть и дура, но хорошая. Настя — единственная, кого я могу, хоть и с натяжкой, назвать подругой. Но личное не имеет значения. Будет мешать — исчезнет.

— Хорошо, моя девочка, — улыбнулся мужчина. — Мне очень нравится то, что интересы рода ты ставишь выше своих. Я горжусь тобой. А теперь отдыхай, а я отдам распоряжения. Раз нам нужно, чтобы Багрянин выжил, значит, так тому и быть.

Уж точно не Мышкину тягаться с нами по силе и возможностям. И видимо, мне придется переступить через себя и отправиться на прием во дворец, чтобы осторожно прощупать настроение императора и, быть может, понять, чем их так заинтересовал Тимофей.

Посмотрев, как закрылась дверь за его дочерью, он устало откинулся на кресле. Расстегнув рукав рубашки, он посмотрел на черное пятно, расползающееся по руке. Рядом с ними вены почернели и пульсировали в такт сердцу. Осторожно дотронувшись до этой отметины, он, как и раньше, ничего не почувствовал.

Рука в этом месте будто онемела, периодически давая о себе знать вспышками боли. Попытки отрезать ее ни к чему не привели — она тут же отросла заново, а пятно увеличилось. И потихоньку продолжило расти. Будь проклят Нижний Мир, в котором он подцепил заразу, разъедающую его тело!