Стол уже был накрыт и за ним сидели все, исключая сестру. Тетя подняла на меня глаза, оторвавшись от утренней газеты, слегка покраснела и тут же вновь погрузилась в чтение. А я с гордым и независимым видом принялся за еду, абсолютно не желая расспрашивать о том, как меня вчера привезли в поместье. Очередного удара мое самолюбие может и не выдержать. Хотя, уверен, доброхоты все расскажут — вон, как близняшки на меня поглядывают с хитрыми моськами.

— Тимофей, я бы хотел с тобой поговорить, -сказал Степа, увидев, что я собираюсь встать из-за стола.

— Все так серьезно? — не удержался я, глядя на его раскрасневшееся лицо. — Ну, тогда пошли в кабинет, там нас никто не сможет подслушать. Включим артефакт и поговорим.

Недовольные лица близняшек были мне как бальзам на душу. Но я ничуть не сомневаюсь, что эти проныры что-нибудь придумают. И очень расстроюсь, если окажусь неправ.

Удобно расположившись в кабинете, я смотрел на него и не понимал причины бешеной трясучки, что на него напала.

— Тимофей, брат! -начал он, и я едва с кресла не упал. Это что ж такое могло произойти, чтобы он назвал меня братом?!!! — Я запутался и мне нужна твоя помощь!

— Рассказывай, я тебя внимательно слушаю.

Первый шок от его слов уже прошел и мое любопытство едва не пробило потолок.

— Ты же знаешь, что я стал встречаться с девушками. И теперь у меня проблема — я не могу выбрать. Они мне нравятся все, но больше чем на двоих отец мне жениться не даст! Помоги мне выбрать.

— Подожди, Степ, давай сначала. Ты стал встречаться с четырьмя девушками, по две зараз. Они аристократки, слабенькие маги, то есть, с этой стороны препятствий, я так понимаю, нет. Но ты князь и эти девушки для тебя слишком низкородные. Одну, возможно, отец ещё и примет, но двух — вряд ли. Ты же понимаешь, что у него на тебя могут быть планы? Да и вообще о какой женитьбе может идти речь? Тебе всего четырнадцать лет. Ну хорошо, почти пятнадцать, но особой разницы нет. До восемнадцати ты себе не принадлежишь, и ты это прекрасно знаешь. Думаю, отец уже приметил тебе будущих жен.

— Ну тебе же не приметил, -возразил он.

— Не сравнивай меня, нелюбимого сына, и себя. Меня, будь на то у него воля, он бы запер в какую-нибудь психушку, чтоб сидел тихо и не отсвечивал.

Но ты — другое дело. Да и твоя мать не даст отцу сделать неправильный выбор. И при этом твое слово не будет что-то значить. Как они решат, так и будет. А кстати, ты с девушками-то об этом разговаривал? Они взрослые и должны сами все это понимать.

— Нет, не разговаривал, -вздохнул он. — Потому что я не могу выбрать!!!