— Куда смотрела охрана? Куда смотрели маги?! Куда смотрела ты, находясь в непосредственном контакте с объектом?!!

— Ваше Сиятельство, все шло согласно разработанному аналитическим отделом плану. Но всегда есть «но»…

— Согласно вашему плану, который с треском провалился? Поясни!!!

По-прежнему стоя навытяжку, Вероника глубоко вздохнула, уставила взгляд в одну точку на стене, пытаясь собраться с мыслями. Тот день, нанесший непоправимый вред её чести, вернулся к ней так ярко, что её щеки заалели…

…Уставившись в монитор, она сохраняла невозмутимый вид. Но какой ценой? Её правая рука, нашедшая укрытие в кармане пиджака, истерзала в клочья шёлковую ткань подкладки, а ногти левой, сжатой в кулак, глубоко впились в ладонь.

В номере, соседствующим с апартаментами Багрянина, Тайный Сыск разместил следящую и записывающую даже полёт мухи аппаратуру. Полная уверенность Вероники в том, что Тимофею ничего не грозит до дня совершеннолетия, не являлась причиной бросить всё на самотёк. Она же была профессионалом, а значит, должна была держать под контролем всё.

Именно поэтому сейчас Багрянин (нет, пока ещё Мышкин, поправила она себя) поил элитными винами потаскушек из Третьего отдела Тайной Канцелярии, который с усмешкой называли «Сладким» — ему доставались вполне определённые задания. Словно подтверждая её мысли, эти шлюхи беззастенчиво лапали Тимофея, недвусмысленно то оголяя длинные ноги, то демонстрируя всё содержимое декольте. А ведь первая, под маской блогерши была более адекватной и играла более тонко. К сожалению заинтересовать Тимофея она так и не смогла и их знакомство ограничилось лишь случайным сексом.

Пока девушки, среди которых каким-то образом затесалась и одна из одноклассниц объекта, с радостными, визгами брызгались водой из наполняющегося джакузи, Тимофей подошёл к зеркалу. Самовлюблённый гад! Мысленно выругавшись, Вероника с вызовом уставилась прямо в его бесстыжие глаза — одна из камер таилась именно в этом зеркале. Вдруг изображение, будто не выдержав накала чувств Алгомской, помутнело, зарябило, скрывая парня от следящих за ним взглядов. По недовольным возгласам обоих агентов, что вместе с ней заступили на дежурство, она поняла, что и остальные камеры постигла та же участь. Пара минут суеты, чертыханий и возни с проводами — и она вновь смотрит на Багрянина (Мышкина же, черт побери!), а он, не подозревая, что его сверлит напряжённый женский взгляд, идёт к своим дамам в ванную… нет, чтоб его черти взяли, не идёт —чуть ли не бежит, покачивая возбуждённым членом, точно флагом на параде!