В отличие от Светы, Тепляков был зол, нервничал и едва не бил ногами землю в нетерпении. Его бесило все — девушка, с которой он рассчитывал провести ночь, ее отказ и последующий за ним удар. То, что он не заметил княжеских знаков на ней. А еще он боялся. Боялся ее громкой фамилии. И выбор у него был небольшим — проиграть и умереть, или выиграть, но все равно умереть.

Генерал не простит ни оскорбления, ни смерти своей дочери. Слишком поздно через его затуманенный алкоголем мозг пробились слова друга — это те самые Васильевы. А еще он узнал парня — Мышкина, что в одиночку справился с толпой аристократов. Видел ролик в ГИСе и очень ему понравились действия князя. Может, стоило с ними познакомиться поближе, поговорить. Но теперь поздно. И надо решить, что делать — умереть сейчас или потом.

Ладно, по ходу боя он примет решение. Может, получится просто ее побить и милостиво простить, не доходя до убийства. Да, это будет лучшим вариантом.

Все его немудреные мысли были буквально написаны на его лице, и мне даже стало его немного жаль. Юность, подростковые гормоны, деление мира на белое и черное, не признающее никаких полутонов. Ну, и конечно, самое главное — неумение признать собственную неправоту. Вот так и уходят в забытье некогда великие рода. Неосторожно сказанное слово, неправильно понятый взгляд — и начинается война, забирающая с собой сотни ни в чем неповинных людей.

Ладно, что-то меня хандра накрыла, а тем временем прозвучала сирена.

Под ее звуки противники, разошедшиеся по разным сторонам арены и находившиеся в метрах пятидесяти друг от друга, начали быстрое сближение.

Света создала под ногами каток изо льда, а в руке меч — и понеслась к врагу. Тепляков же, оказавшийся магом земли, мгновенно покрылся слоем камней, заключив себя в броню, а после этого на пути девушки стали возникать полуметровые пики, грозящие проткнуть ее насквозь.

Но ее это, казалось, совсем не волновало, и она с легкостью скользила между ними, стремительно сокращая расстояние. И лишь корка льда под ее ногами, как мне показалось, стала толще.

Приблизившись к противнику, она на миг замерла, эфир дрогнул — и вот от нее полетела ледяная вьюга, которая полностью скрыла Свету от глаз графа.

Тот, явно не желая рисковать, поднял вокруг себя камни, принявшие вид острых дисков, заставив их вращаться с бешеной скоростью. И их было очень много, причем настолько, что я вообще не видел свободного места между ними. На миг мне представилось, что это я на месте девушки и что бы я тогда смог этому противопоставить? И увы, пришлось признать, что практически ничего. Не с моими нынешними силами.