низкий, бархатный баритон приятно вибрировал, обволакивая сознание.Но идиллия длилась недолго. Тяжелый стук дорогих шпилек по мраморному полу заставил Нику прервать фразу на полуслове.К их уединенному столику уверенной, покачивающейся походкой направлялась высокая, ухоженная блондинка в вызывающе обтягивающем платье с экстремальным декольте. Настоящая хищница с хищным, холодным взглядом. Эвелина. Одна из тех бывших любовниц Кирилла, которая никак не могла смириться со своим статусом «в прошлом».Она подошла по-наглому близко, полностью, с абсолютным и ледяным презрением проигнорировав присутствие Ники, словно на пассажирском кресле сидело пустое место, а не человек. Эвелина бесцеремонно положила тонкую ладонь с ярко-красным маникюром прямо на широкое плечо Кирилла и чуть наклонилась, демонстрируя свои прелести.— Кирюша... Какая неожиданная встреча, — протянула она капризным, приторным голосом, обдав столик облаком тяжелого шлейфового парфюма. — А я сижу там с подругами и думаю: неужели это мой Воронов? Ты совсем пропал, не звонишь, не заезжаешь... Решил сменить компанию на детсад? — она наконец соизволила метнуть брезгливый, мимолетный взгляд на Нику.Внутри Ники словно провернули раскаленный штырь. В груди вспыхнуло что-то дикое, обжигающе горячее и совершенно ей незнакомое. Ревность. Бешеная, собственническая ревность, от которой перехватило дыхание. Ей до безумия, до дрожи в пальцах захотелось встать, вцепиться в эти идеальные блондинистые локоны и выплеснуть ей в лицо стакан ледяного мохито со всеми кубиками льда. Лицо Ники мгновенно превратилось в каменную маску, а пальцы под столом сжались так, что ногти впились в ладони.Кирилл почувствовал, как воздух вокруг стола мгновенно наэлектризовался. О звериной интуиции Воронова ходили легенды — он моментально перехватил этот яростный, мечущий молнии взгляд своей хакерши. На его губах тут же заиграла довольная, жутко самодовольная улыбка. Ему было чертовски приятно видеть, что его колючий рыжик так бурно реагирует.Воронов жестко, без тени капли нежности скинул руку Эвелины со своего плеча и даже не взглянул на нее.— Эвелина, ты путаешь берега. Я, кажется, ясно дал понять еще месяц назад, что наши дороги разошлись, — его голос прозвучал как удар топора по дереву — холодно, низко и необратимо. — И исчезни отсюда. Ты мешаешь моему ужину с любимой женщиной.Блондинка оскорбленно выдохнула, ее лицо на секунду перекосило от злости, но устраивать скандал при свидетелях в «Магнуме» она не решилась. Круто развернувшись