– Нет! – прозвучал позади меня глухой голос Тино-фея.

И в следующий момент он с Иглом и Адисом выбрался по роботам на платформу. Адис добавил:

– Он принимает форму, привычную для Души улья. Это тоже своеобразная защита.

– Он спас меня во вред себе! – возмутилась я, встав и распрямив плечи. – Мегамозг не обязан меня защищать, я пошла против системы, а он… ради души-предательницы нарушил регламент…

Мы уставились на сияющую голубым светом мужскую фигуру за стеклом. В голове билась мысль: «Он живой! Ведь нарушил регламент своих создателей, чтобы спасти свою Душу, невзирая на то, что мы пришли его убивать».

– Похоже, слишком ранимая, эмоциональная Душа попалась. С твоим штормом чувств ни одна система не справится, – Адис говорил как прописную истину, без иронии, при этом с некоторым удивлением и даже любопытством рассматривал голубой энергетический сгусток.

– Ерунда! Передо мной были сотни тысяч других Душ. Уверена, они тоже были ранимые и эмоциональные! Просто он – живой! И добрый, вопреки желанию создателей… вопреки всему!

Меня охватило отчаянье, горечь и душевная боль.

– Полагаю, изначальные предусмотрели подобное эмоциональное влияние на интеллектуальную систему, поэтому включили в регламент правило предпочтения более сильным особям при выборе очередной Души. Статистически доказано, чем сильнее особь, тем более уверенная, спокойная, выдержанная и хладнокровная. Тем жестче и логически действует индивид.

Я с сарказмом поинтересовалась у Игла:

– Это вы, похищая землян, статистически выявили?

– Это обобщенная статистика, в ее основу вошли примеры различных рас. Данные собраны не только нами, но и системой улья.

Ну да, доступ к знаниям имел и Душа нетранцев, и, видимо, его вопросы разительно отличались от моих. Я тяжко вздохнула, не зная, как еще защитить своего симбионта, и в этот момент услышала Тино-фея:

– Похоже, он устал терять своих напарников. Поэтому раскрылся, лишился защиты, помог Душе, нарушив регламент.

Мегамозг приблизился непосредственно к грани куба, вплотную и даже по-человечески чуть склонил голову к плечу. Синие сгустки глаз засияли ярче, словно он тоже испытал глубочайшие эмоции, как и я, снедаемая сомнениями, страхами, сочувствием и благодарностью за спасение. Инстинктивно подняла руку и оперлась ладонью о грань куба прямо напротив Мегамозга, он тут же обратил внимание на меня, повторил мое движение. Я ощутила, как сквозь перчатку моей ладони словно тысячи электрических разрядов коснулись, но не били, а будто ласкали. Всхлипнула, чувствуя, как паника, боль, стыд, жалость и неприятие того, что должна сделать, обожгли душу: