— Что с моими людьми? — спросил Харрисон. — С сотрудниками?

— Ключевые специалисты будут сохранены, — заверил я. — Остальных мы оценим индивидуально. Никаких массовых увольнений.

Харрисон медленно кивнул:

— Мне нужно время до утра. Я должен обсудить это с партнерами.

— У вас есть время до девяти утра, — согласился я. — После этого предложение будет пересмотрено в свете новых рыночных условий.

Мы закончили встречу, и Харрисон с его спутниками покинули комнату. Я остался с Прескоттом и Розенбергом, обсуждая детали предстоящей сделки.

— Он примет предложение, — уверенно сказал Розенберг. — У него просто нет других жизнеспособных вариантов.

— Согласен, — кивнул Прескотт. — Но что насчет других покупателей? Если они предложат лучшие условия…

— Они не предложат, — ответил я. — Им не нужен самостоятельный Харрисон. Им нужен инструмент для их операций. Марионетка, а не партнер.

Когда мы покинули клуб, О’Мэлли уже ждал меня в автомобиле:

— Как прошло, босс?

— Почти идеально, — я устроился на заднем сиденье. — Харрисон капитулирует. К завтрашнему утру «Харрисон и Партнеры» станет частью нашей компании.

— А название? — поинтересовался О’Мэлли, заводя мотор.

Я задумался на мгновение:

— «Стерлинг, Харрисон и Партнеры». Сохраним имя для истории, но реальная власть будет полностью в наших руках.

Автомобиль медленно тронулся, унося нас в ночной Нью-Йорк. Я смотрел на проплывающие за окном огни города, размышляя о стремительном повороте событий. Менее чем за два месяца я прошел путь от стажера до владельца одной из крупнейших инвестиционных компаний на Уолл-стрит. И это только начало.

* * *

Утром следующего дня, ровно в девять часов, в моем кабинете раздался телефонный звонок. Это был Харрисон.

— Мы принимаем ваше предложение, Стерлинг, — его голос звучал устало, но решительно. — С одним условием. Имя моей семьи должно остаться в названии компании.

— Договорились, — ответил я. — Розенберг подготовит все необходимые документы к полудню.

— Я никогда не думал, что скажу это, но… — Харрисон сделал паузу. — Вы превзошли меня, Стерлинг. Превзошли во всем.

— Я учился у лучшего, — отметил я, не без иронии.

После того, как мы закончили разговор, я вышел из кабинета и направился в конференц-зал, где уже собралась вся команда. Когда я объявил о принятии нашего предложения Харрисоном, в комнате раздались аплодисменты.

— Господа, и мисс Левински, — я поднял руку, призывая к тишине. — То, что мы сделали за последние дни — это только начало. Приобретение «Харрисон и Партнеры» мгновенно делает нас одним из крупнейших игроков на Уолл-стрит. Но с большой властью приходит и большая ответственность.