В принципе, большинство гвардейцев были его бывшими сослуживцами. Гвардия у Рода была сильной. Можно было сказать — чертовски сильной. Вот только по назначению она использовалась всего несколько раз. Почему? Да потому что не было дураков навредить Роду Вавилонских.
Ну, а потом была смерть его господина. Сразу после похорон он уволился. Также поступили большинство его парней. Сашка — сын Владимира Григорьевича — этот бестолковый балбес даже не пытался остановить их, понимая, что служить ему они просто не будут. А Скала поехал в охотничий домик, что подарил ему Владимир Григорьевич, и который стал его домом. Он уже думал, что так и закиснет здесь, до самой смерти. Вот только этот звонок от Теодора — смышлёного мальчонки, который наконец смог вырваться из-под опеки своего отца-идиота. И что-то в его голосе было такое, что Скала собрал в сумку свой нехитрый скарб, законсервировал дом, и купил билет на самолёт в один конец.
Нормальный человек спросит, что он мог понять по одному единственному звонку, чтобы действовать так решительно? Скала не мог этого объяснить. Он полагался на свою интуицию, благодаря которой он и верные ему люди выходили из таких ситуаций, в которых другие непременно погибли бы. Что ж, он надеялся, что его интуиция не протухла вместе с ним на вынужденной пенсии.
Глава 18
А Плюшкин оказался не промах. Он мне не всё рассказал, что знал. А вот Гордеев получил от него намного больше информации. На будущее я запомнил, что местным надо ломать не одну руку, а две. И можно еще ногу, и пару пальцев, чтобы они становились более сговорчивыми.
Еще одна удивительная вещь, что граф решил поговорить в моей лавке, хотя он и сказал, что Плюшкина заберет, в любом случае. А я что? Только за всяких говно-торговцев еще не заступался. Конечно, можно было использовать его в своих целях, но зачем мне это нужно? Все что надо, я и так добуду… Хреновый тот Архитектор, у которого голова не варит.
Допрос был интересный, но вот по делу ничего не принес. Кто похитил детей Гордеевых, которые были не самыми слабыми Одаренными, непонятно. И как это сделали, тоже.
И вот тут у меня нарисовалась проблемка. Я же реально могу из-за этого пострадать. Не то, чтобы меня могли убить, но нафига мне еще одна война, да еще с Родом, который, судя по всему, нормальный. И такой он не только благодаря тому, что следует уставу чести, но и кормит людей, и в том числе, бедняков. Это я узнал, наводя на них справки. Они были той самой сетью, которые устанавливали низкие цены и продавали относительно качественную и вкусную еду за небольшие деньги. Их обожали работяги и другие люди, которые не могли себе позволить готовить самим. Куда проще по дороге на работу перехватить булку с котлетой за мелочь, которая валяется в кармане, чем готовить это всё самому. А значит, валить их не очень-то и хотелось. Все же Лихтенштейн мне нравился, как не крути.