— Шон-гезин, — я невольно рассмеялся. — Просто чувство повторения — сегодня мне уже задавали этот вопрос.

— И что же на него ответили? Вы же на него ответили?

— Ответил. Потому что да — я считаю, что достоин большего и хватит сидеть уже в своей глуши. Наше призвание — убивать тварей. И в этом мы хороши. Но в мире хватает и других… чудищ. И ещё неизвестно, какие страшнее — те, что жрут крестьян на границе Ожога, или те, что развязывают от скуки войны.

— Винтеры почти никогда не вмешивались в политику, — заметил ректор. — Не считаете это своего рода предательством идеалов предков?

— И куда это нас привело? — усмехнулся я. — Политика — такая вещь… Либо ты интересуешься ею, либо она рано или поздно заинтересуется тобой. А что касательно предательства… Мне плевать, на самом деле. Пусть меня считают кем угодно — пусть даже и предателем. Я это как-нибудь переживу.

— Интрига против Запада во всяком случае — это не то, что можно было ожидать от провинциальных охотников на нечисть. Хорошо сработано — мои поздравления, барон. До кровной мести не дошли, смертельного оскорбления не нанесли, но вряд ли кто-то теперь захочет с вами связываться… Разве что, дабы выведать секреты. Пять напряжённых магических дуэлей подряд, а вы даже не показали признаков истощения… Признаюсь, даже я был впечатлён — не каждый взрослый маг на такое способен.

— Вопрос тренировок и контроля. Да, моя клетка куда более ёмкая, чем обычно, но и на заклинания я тратил значительно меньше энергии. Ни то, ни другое не является чем-то сверхординарным. Но подробностей раскрывать не буду, уж извините — клановый секрет.

— Понимаю. Но тем не менее вы всё-таки его продемонстрировали, чем привлекли к себе внимание. Вы же понимаете, что за такую ценность многие дома будут готовы на очень многое?

— А вы думаете, что я продемонстрировал все наши секреты? — я недобро улыбнулся. — Пусть пример Гедеминовича заставит задуматься — не найдётся ли в нашем арсенале управы и на другие Дары, что считались практически необоримыми?

— Если бы Золотой щит был столь абсолютен, то Конфедерацией правили бы Гедеминовичи, а не Рюриковичи, — заметил ректор. — Способов обойти такую защиту всегда хватало.

— Но я-то её не обходил — я её взломал.

— Да, и теперь твой метод изучат и повторят…

— О, удачи им всем, — фыркнул я. — Они могут искать енохианское число нужной чистоты хоть до Третьего Пришествия.

И это даже не было пустым бахвальством — самые продвинутые щитоломные чары создавали лучшие математики Пакта при помощи самых современных вычислительных машин. Повторить такое небольшой группой при помощи счёт и логарифмических линеек — просто-напросто нереально.