— Может, вы не ели? Угощайтесь.

Тут же слуги вынесли и поставили на стол кувшин с вином и отлично прожаренный стейк, источающий умопомрачительный аромат. Карен сглотнул, и тут же машинально проверил мясо и вино на яды. Конечно, чисто. Ну тут без сюрпризов. Искусство отравления как-то не прижилось в мире, где каждый, даже крестьянин, может быстро и точно проверить еду.

— Мы сюда не есть пришли! — рявкнул Карен, потеряв самообладание.

Осмон позади мысленно скривился. Что он творит⁈ Карен — идеальный кандидат в парламентёры, всем своим видом демонстрируя мощь гарлов, он одним своим присутствием мог подавить кого угодно, этакий детина под два метра, у которого бицепсы в обхват, как у иного талия. И при этом совсем не дурак. С точки зрения Осмона, у него был единственный недостаток — он был слишком молод, всего двадцать четыре года. Но раньше как-то прокатывало. И вот сейчас этот недостаток проявился. Столкнувшись с чем-то неожиданным, он растерялся и сейчас совершенно не понимает, как себя вести. И тем самым всем показывая, что гарлы, в общем-то, действительно варвары. Но как отреагирует девчонка? Рык Карена вгонял в дрожь и бывалых мужей. Девчонка же улыбнулась как-то виновато.

— Это одна из моих ошибок, да? Простите, я потом уточню у советников, в чём не права. Продолжайте, господин… Э… Простите, вы не представились.

Осмон прикрыл глаза. Чудовище. В кресле сидит настоящее чудовище, которое со своей невинной улыбкой буквально размазывала Карена… С соблюдением всех приличий.

— Я — Карен, посланец верховного вождя гарлов Лата!

Карен, похоже, даже не понял, что происходит. Девочка кивнула.

— Спасибо. Продолжайте, господин Карен. Что хочет верховный вождь Лат?

Карен покосился на стейк, который продолжал источать аромат. Сглотнул.

— Верховный вождь Лат предлагает вам сдаться, тогда ваши жизни будут сохранены.

— Сдаться? То есть ваш вождь хочет захватить Тарлос?

— Да.

— Хм… — Девочка задумалась. — Но это же наш город.

— Если сдадитесь, будет наш! — Видимо, Карен посчитал такой ответ остроумным.

— Не могу, — девочка развела руками. — Меня папа ругать будет.

— Что?

— Папа будет ругать, если я отдам вам его город. Город ведь моему отцу принадлежит, как правителю герцогства. Только он может что-то своё отдать. А если это сделаю я, то он меня будет ругать.

И снова эта невинная улыбка. Осмон и хотел бы сказать, чтобы Карен закруглялся, но не знал, как это сделать кратко. Если же он начнёт что-то нашёптывать, то его прикрытие как простого сопровождающего накроется.

— Тогда многие погибнут, и вы будете нести за это ответственность!