— Конечно, — подтвердил стержневой инспектор, — снаряжение прямо из госпиталя будет переброшено в ваши системные апартаменты. Я смотрю, вы решили обвешаться стволами, как вы русские говорите? Как новогодняя елка игрушками?

Юра хмыкнул.

— Хочешь жить, умей вертеться, — ответил он после того, как Система подтвердила, что все, что на нем, будет отдано в вечное пользование как трофеи. Недорогой крафтовый дробовик был заменен на системный второго уровня автоматический с перком «Дырокол», а следом присоединилась мощная системная винтовка второго уровня, автомат, отобранный у Диары, и пистолет третьего. Затем в рюкзак полетели гранаты и цинки с патронами. Система смотрела на это индифферентно, ей было плевать на то, сколько Жданов гребет.

В госпитале Юра оказался уже через десять минут, его сопровождал Зейц, который после случившегося проникся к Жданову еще большим уважением. Пока летели, инспектор задал несколько уточняющих вопросов о бое.

— Слушай, давай к нам? — предложил он после небольшой паузы. — Система с тебя наказание снимет, допуск у тебя есть, перед главным мы словечко со стержневым инспектором замолвим, зарплаты у нас отличные.

— Не знаю, — ответил Юра, который ожидал чего-то подобного. — Слишком у вас все по уставу, я раньше так жил, командиров много, эффективность низкая. Вот скажи мне, если бы я захотел самостоятельно выступить против банды в одном из секторов, чтобы произошло?

Старший инспектор поморщился.

— Твоя правда, Шах, мы туда даже не суемся. То, что произошло, из ряда вон. Как вы русские говорите — звезды сошлись?

Юра кивнул.

— Теперь ты понимаешь, почему я откажусь? Там, за стеной, вольница, я сам решаю, кто плохой, а кто хороший, а тут мне будут приказывать, этих можно трогать, а этих нельзя. Вот смотри, двести километров трущоб, опоясывающих город, вы полностью потеряли контроль над ними, и что? А ничего, вы в ту сторону даже смотреть боитесь. Прав я?

— Прав, — нехотя признался клирик.

— А теперь скажи мне, зачем мне к вам идти? Службу тянуть?

— Понял, — не обидевшись, но с толикой раздражения, заявил собеседник. — Но если что, предложение мое в силе. А вот и госпиталь.

Он завел аэрокар на посадку, приземляясь на площадку на уровне семидесятого этажа.

— Это спец этаж для стражей порядка и людей, связанных с ними, тут ты получишь качественное обслуживание. Не скупись, все за счет департамента.

Юра кивнул и с трудом выбрался наружу. Нога опять начала дергать.

Зейц, передав Жданова в руки врача и двух андроидов гражданской модели последнего поколения, мирные-то, мирные, но электрошоком могли так угостить, что мозги спекутся за секунду, поднял аэрокар в воздух, сказал, что заберет его, когда с лечением будет покончено, и усвистал обратно в сторону трущоб. Юру провели внутрь, стянули оружие и броню, которые запихнули в ячейку, заставив Жданова активировать пересылку. Его грязные, окровавленные шмотки, купленные на КПП, закинули в утилизатор, выдав ему зеленый халат, и, уложив на летающую доску, заменяющую тут каталку, повезли в диагностический центр.