— А может быть меня? — слегка ревниво заметила Диара.

— Если бы она ждала тебя, то ты была бы мертва, я ей не перекрывал зону огня, ты шла на шаг позади, сместившись на полметра, получила бы ты свою пулю в грудь, и все. Нет, она пришла именно за мной.

Достав нож, Юра хоть и с трудом, но выдавил или выдолбил, неизвестно, как правильней, кусок пластика, выглянул в образовавшуюся дыру, посмотрел вниз, прямо перед черным ходом стояла чужая платформа, в кузове которой застыл пулеметчик.

— Похоже, Чех с ребятами прибыл. Бери ее и пихай в дыру, тут я тебе не помощник.

— А может, ну ее, пусть валяется, — попыталась отмазаться девушка.

— Диара, повторяю для тугодумов, как только стемнеет, эта тушка превратится в мусорщика и пойдет убивать, поэтому ее нужно расчленить. Либо швыряй вниз, и ребята сделают, либо бери нож, и сама отрезай ей руки, ноги и голову. — Юра подкинул клинок и, перехватив его за лезвие, протянул рукоятью вперед. — Что выбираешь?

— Бросать, — озвучила решение Диара.

— Бросай. Но все равно тебе рано или поздно придется столкнуться с разделкой, нельзя плодить мусорщиков, в трехдневной войне именно от них были самые серьезные потери. Все, хватит базарить, делай, и пошли.

С телом «принцесса» справилась довольно легко, мертвая снайперша весила килограмм сорок, не больше, и для девушки, которая регулярно занималась спортом, вес проблемой не стал. Сложнее оказалось пропихнуть тушку в дыру, но и с этим она справилась. Спускаться — не подниматься, хоть Юра и морщился при каждом шаге, но блокада не давала ему загнуться окончательно. На третьем этаже он столкнулся с Чехом и незнакомым молодым парнем с синей нейтральной аурой.

— Свои, — произнес он, стараясь игнорировать два вскинутых ствола.

— Это ты трупами кидаешься? — спросил незнакомец.

— Она, — указал Жданов себе за спину.

Оба молодца молча уставились на Диару. Надо сказать, она производила впечатление, даже измазанная в крови выглядела очень сексуально.

— Что за трупы? — наконец спросил безымянный.

— Обычные трупы, — ответил Жданов, похоже, от потери крови его начинало мутить, все плыло. — Слушай, Чех, ты уверен, что это то место, чтобы рассказывать нашу историю? Я едва держусь, у меня с левым легким беда, кровью булькаю.

— Извини, — ответил за напарника Чех, — давай спустим тебя вниз и доставим в контрольку.

— Ты помнишь, что ты нам обещал? — влез в разговор безымянный, обращаясь к ученику.

— Сказал же, что заплачу, — отгрызнулся тот.

— Сколько он вам обещал? — стараясь не отрубиться, спросил Шах.

— Пятьдесят кусков.

— Я заплачу, как только довезете до контрольки, и Чех вам ничего не должен. Условия приняты?