— Сталкивались?- резко повернулся к нему Егор.

— Довелось разок. Напарник едва выдернуть успел, — коротко ответил инструктор, указав пальцем на собственное бедро.

Припомнив, что ко всему прочему он ещё и слегка хромает, капитан только понятливо кивнул. Задавать вопросы и выяснять подробности он даже не пытался. И человеку неприятно подобное вспоминать, и грифы секретности ещё никто не отменял. Дождавшись, когда мишень откатится на нужное расстояние, он вскинул оружие, и быстро выпустил две двойки, удерживая пистолет двумя руками. Довести серию до конца, ему не дали. В тир ввалился посыльный и в нарушение всех правил, заорал, перекрикивая эхо выстрелов:

— Капитан, в штаб! Дракон на ковёр вызывает.

— Ты чего орёшь, как в жопу раненный олень?- возмутился инструктор. — Правила забыл? Так я тебе их на зачёте быстро напомню. Будешь у меня подыхать на рубеже, пока весь курс на отлично не сдашь.

— Михалыч, не усугубляй, — отмахнулся парень, переводя дыхание. — Дракон в штабе уже третью люстру дожёвывает. Злой, как чёрт. Научный отдел весь разогнал. Снабженцев в позу ротного пулемёта поставил, а отдел кадров полным составом удивлённых тушканчиков изображает. Так что, шевели поршнями, капитан, если не хочешь огрести до кучи, — удручённо посетовал посыльный.

— А мне-то за что?- не понял Егор.

— Было бы кому, а за что, найдётся, — отмахнулся рядовой. — Дракон, на то и дракон, чтобы всегда найти, за что фитиля вставить, с патефонными иголками.

— Ладно. Пошли, посмотрим, в чём я ещё провиниться успел, — вздохнул Егор, быстро перезаряжая оружие и убирая его в кобуру.

Инструктор, молча, выложил перед ним четыре уже набитых патронами обоймы и, забрав у парня пустые, коротко кивнул:

— Удачи.

Они вышли на улицу, и посыльный, покосившись, как Егор распределяет обоймы по кармашкам на поясе, завистливо вздохнул:

— Уважает тебя Михалыч. Стрелять позволяет в любое время, обоймы вон лично набивает. Прямо как самому дракону почести. Второй раз такое вижу. Мне так не жить.

— Научись стрелять, как следует, и тоже будешь уважаемым человеком, — отмахнулся Егор.

— Да не даётся оно мне, — обижено пожаловался посыльный. — Потому и тяну службу в штабе, через день на ремень. Сам не понимаю, как так получается, но как до стрельбы доходит, попадаю куда угодно, только не туда, куда надо.

— Как же ты тогда в службу-то попал?

— У меня память железная. Любой разговор, приказ, да всё, что услышу, могу воспроизвести, если правильно вопрос задать.

— Даже не знаю, позавидовать, или пожалеть тебя, — удивлённо качнул головой Егор. — Это ж так однажды и голова от всяких воспоминаний лопнуть может.