— Знаешь, Ань, о чем я хотел тебя попросить, — все-таки перешел к делу Евгений.

Аня ждала его и даже немного готовилась.

— Ты хотел бы попросить, чтоб я не рассказывала полиции о том, что еще полгода назад ты грозился убить Бориса, — сказала она, не дожидаясь пока он решится это произнести. — Сказать было легко, да, Женя. Я помню, каким ты смелым был, когда кричал это, даже я поверила и испугалась. Правда Боря тебе не поверил, сказал, что у тебя кишка тонка. А ведь у тебя был повод его ненавидеть, он в тот момент лишил тебя всего — работы, грантов, а самое главное, репутации. Он тебя даже дома лишил, потому что у тебя был один путь — уехать. И написать «предатель» ты вполне мог, потому как на самом деле считал, что он тебя предал, выдав секрет, который ты доверил лишь ему. Я все это знаю, Женя, и все это расскажу следователю, потому как сама думаю, что это ты убил Борю.

Ни один мускул не дрогнул на красивом лице амбициозного тридцатилетнего ученого Евгения Карлова. Анна помнила таким и Борю, пока он не зажирел от грантов, должностей и степеней, была между ними лишь одна разница — Борис умел находить полезных людей и держать их возле себя до бесконечности, пока они не перестанут таковыми быть, а Женя нет. Вокруг него вечно крутилась какая-то шелупонь, которая тянула его вниз. Как полгода назад, когда Борис поймал его на подтасовке результатов экспедиции, ради получения гранта на еще одну.

— Я ведь тоже могу кое-что сказать, — ответил он наконец, и Анна увидела, как же все-таки парень переживает. У него, конечно, тоже была кое-какая информация, но не такая убойная, какой обладала Анна. — Например то, что я не подтасовывал ничего, а Борис меня подставил.

— Ладно, — перебила она его, не дав сказать лишнего. — Я пошутила, никому я ничего не скажу, но за это мне понадобится и твоя помощь.

— Боюсь даже предположить, какая.

Было видно, что Евгений выдохнул.

— Ничего страшного, кое в чем помочь, подстраховать, — туманно выразилась она.

— А почему ты не попросишь Макса? — Что Евгений уже был готов, но все равно перестраховывался.

— Потому что я ему не верю, — очень просто ответила Анна.

— Вот это да… — от удивления Женя даже присвистнул. — Святая троица Бортко, Крапивина, Правдин оказывается не такая уж и святая.

— В нашем мире вообще все не так, как кажется, — философски заметила Анна. — А про поручение не переживай, я не Баба Яга, младенцев на ужин не ем. Ничего дурного, надо просто быть моим проводником. Боюсь, одна не пройду.

— Хорошо, я согласен, но тогда еще один вопрос. — Евгений остановился, пристально взглянув Анне в глаза. — Все знают, что ты влюблена в Бориса с детства. Ты даже ребенка от него родила.