Большая часть ЧИЛАБа (новобранцы, наемники) вместе с ополченцами из нашего сектора уже выдвинулась. На месте осталась только охрана Ворм-сити, набранная из кастомов, и несколько мобильных команд — на случай внутренних проблем. Плюс «Ястребы» с Дженериками пока находились за Разломом.

Тракты были перегружены, и на всех перевалочных пунктах творилось какое-то пробочное безумие. Операторы клонов шли за дроидами на максимально допустимом расстоянии, а операторы Ориджей, наоборот, оттягивались к Вавилону. Кучковались, чтобы на случай победы фоггеров не потеряться в своих отдаленных секторах.

Хоук немного нервничала и шутила, что скоро абсолютно все дроиды будут там, кроме нас. И что мы пропустим самую важную битву.

Битва за Мерзлоту — так все называли предстоящее сражение.

Я же выбирал из двух зол меньшее.

Развернусь, бросив все на полдороги, — возможно, упущу нечто важное. Может, оружие, может, какой-то излучатель, токсин, кибервирус и что-то в этом духе, чем один раз уже победили фоггеров. Но зато успею к началу битвы, а то и займу выгодную позицию. Понятно, что ЧИЛАБ местечко прибережет, но в штаб командования меня уже не пустят. Только если попробовать прибиться к «Северкрафту».

Второй вариант: переть до победного, а чтобы не опоздать к началу активных действий использовать «Эскейп». Благо, древние монстры попадались с завидной регулярностью. Но как раз это и смущало: если все пойдет плохо с фоггерами, то «Эксейп» там будет нужнее.

В общем, меньшим злом я выбрал второй вариант. По карте оставалось всего двести километров, и хоть все мои расчеты пошли по одному месту, в любом случае завтра, максимум послезавтра, я буду у цели.

И не один, а с компанией.

Я все-таки не удержался и на третий (или четвертый) день пути все-таки свернул к ближайшей скважине. Нашел там несколько невысоких гор и привычную непогоду в виде снежной бури. Внутри подарков уже не было, только замерзшее вместе с самой скважиной оборудование, треснувшие монолиты и всего пара кристаллов скайкрафта в плохо скрытой нише. Возможно, ее и не пытались прятать, и это просто был аварийный шкафчик, как аптечка.

Но, капец, как я всему этому обрадовался! Сам факт наличия хоть чего-то, кроме снега, воодушевлял. И монстры там тоже были. Проход к пещере со скважиной перегородил огромный медведь. Не считая массы и размеров, практически без мутаций — чистая, прекрасная гора мышц с клыками и когтями.

Наверное, для меня это был символ Мерзлоты. Той, которую я представлял себе еще будучи студентом РИПа. Не вот эти все черви, каракатицы, гипертрофированные бактерии и рептилии, а именно белый медведь.