К тому же, в свете того внимания, которое мне оказывает пока неизвестное мне силовое ведомство, мне очень интересно посмотреть на Вику в домашней обстановке и попробовать понять, кто у нее отец и где он служит. Не от этого ли семейства растут ноги повышенного интереса к моей скромной персоне? А лучший повод побывать у моей новой подруги, мне вряд ли представится. Так что, удобный случай сам идет в руки, и грех будет им не воспользоваться.
Эх, жаль, что я сразу не сообразил спросить у Вики разрешение приехать к ней на дачу вместе с Верочкой, а с другой стороны, может, и не жаль. Вера с большой вероятностью может начать ревновать меня к той же Вике, и тогда мне, вместо нормального общения и попыток прокачать Вику на предмет кем является ее отец, придется успокаивать Веру, выглядя при этом в глазах всей компании совершенно по-дурацки. А потом, уже дома, на меня выльется целое ведро упреков и обид. Я в таких ситуациях в прошлой жизни уже не раз бывал, и повторять все это снова у меня нет никакого желания. Нет, не стоит сводить этих двух девушек вместе. Хоть у нас с Викой абсолютно ровные приятельские отношения, и нигде за пределами спортзала мы не общаемся, но доказать это Вере, которая уже стала посматривать на меня как на свою собственность, будет весьма непросто.
Быстро сблизившись с Верочкой, я с одной стороны решил весьма насущный для моего юного организма половой вопрос, а с другой стороны, ограничил себя в маневре. Теперь у нас с Верой вроде как отношения, и хочешь не хочешь, мне нужно это учитывать в дальнейших раскладах. Так что, хорошо все-таки, что я не стал просить разрешения у Вики привести с собой Веру. Ну а самой Верочке я скажу, что в воскресенье на целый день поеду с Ванькой в гости к знакомым ребятам из нашего с ним города, она конечно подуется на меня какое-то время, но гораздо меньше, если бы она вообразила себе, что у нее есть соперница, и тем более такая опасная как Вика.
Решив для себя, что мне делать с Верочкой, я стал работать веселее и кучи снега стали уменьшаться прямо на глазах. Попутно продолжал размышлять о тяжелой мужской доле. Вот мы мужики сами себе взваливаем ярмо на шею, а потом стонем, что делать, и начинаем изворачиваться как ужи на сковородке, чтобы сделать элементарные вроде вещи. И ведь Вера мне никакая не жена, и ей никогда не станет, но если я хочу чтобы наши с ней отношения продолжались, я должен соблюдать определенные правила игры. И в этих правилах дружеское общение с другой красивой девушкой, даже самое безобидное, это — непростительный грех.