— Да, помню.

— Мой человек недавно побывал у него на тренировках. У меня есть его отчёт, где говорится, что этот Юра сейчас находится в великолепной физической форме, является очень сильным бойцом, хорошим тренером-методистом и обладает специфическими знаниями, которым он нигде в нашей стране научиться не мог.

— Вот значит, как, — Виктор Петрович снова потёр пальцами подбородок.

— Да так. Кроме того, я организовал вызов Костылева в военкомат, где с ним под видом военной комиссии работали очень квалифицированные специалисты. Дознаватель, психолог и врачи очень высокой квалификации. Единогласное мнение врачей таково — на данный момент Костылев полностью физически здоров. Хотя, как я уже говорил, врач из больницы, где он лежал после нападения, утверждает, что он должен быть сейчас «полуовощем». Дознаватель в свою очередь в отчёте пишет, что парень очень эрудирован, умён, скрытен, знает намного больше, чем говорит, хотя в отдельных областях у него пробелы, но это можно списать на последствия от удара молнией и от черепно-мозговой травмы. Психолог даёт предварительное заключение, что парень обладает несомненными лидерскими качествами, харизматичен, очень уверен в себе, и самое интересное, что по реакциям на раздражители и жизненным установкам психологический возраст у него как минимум в два раза старше, чем биологический.

— Получается эдакий молодой старичок?

— Да нет, скорее поживший и знающий жизнь мужчина средних лет.

— Час от часу не легче, — вздохнул дед Вики.

— Ну и на закуску ещё кое-что весьма любопытное, — продолжил Степаныч. — В больницу к парню часто приезжала очень красивая женщина тридцати четырёх лет. Она очень беспокоилась о нём, и именно она организовала перевод его в отдельную палату и устроила так, чтобы им занялись лучшие врачи.

— Родственница?

— Нет, скорее любовница.

— У парня семнадцати лет тридцатичетырёхлетняя любовница? Я правильно тебя понял? — Брови Виктора Петровича от изумления сами собой поползли вверх.

— Да, это некая Марина Терентьева, адвокат. Была замечена в связях с криминалом. Очень тесно общалась с неким Вахтангом Отаевичем Каладзе. Это вор в законе и смотрящий за городом. Марина Терентьева часто представляла интересы Каладзе и его приближённых лиц в суде, а кроме того, её подозревали в том, что она была связующим звеном между Каладзе и некими высокопоставленными городскими начальниками и даже сотрудниками милиции.

— Была? — уточнил дед Вики.

— Да, была, — кивнул Степаныч. — Скорее всего, она сейчас мертва. Терентьева очень внезапно исчезла. В своей квартире она не появлялась уже более полугода. Ни у её родных, ни у её близких нет никакой информации о том, где она может быть.