Но и в этот раз мне было не суждено поспать. Я прошёл всего квартал, как дорогу мне перегородила ещё одна машина, из которой быстро выскочили двое крепких мужчин. Я сразу же понял, что с ними лучше и не пытаться разговаривать и быстро рванул в сторону. Пробежав около пяти метров, услышал хлопок и почувствовал, как что-то укололо меня в районе лопатки. Почти сразу же в глазах стало мутнеть. Я сделал ещё несколько шагов, но ноги отказывались идти, и я упал на дорогу.

Не знаю, сколько я пробыл без сознания, но очнулся от нестерпимой головной боли. Почувствовал, что лежу. Перед глазами стояла белая пелена, я ничего не мог разглядеть. Зато услышал чей-то незнакомый голос:

— Зовите хорошего менталиста, если хотите его вскрыть, и желательно с уровнем не ниже пятого, а то и четвёртого. Этот щенок так закрылся, что я со своим седьмым не могу даже его эмоции считать, не говоря уже про мысли. Первый раз такое вижу, если честно.

— А если его к краю подвести? — спросил второй незнакомый голос.

— А если не удержим? — ответил вопросом на вопрос первый. — Дураком станет, кто за это отвечать будет? Пока что у нас нет даже разрешения на физическое воздействие. Так что или зовите менталиста, или снимайте ограничения. Я, конечно, сейчас ещё раз попробую, но шансов немного.

Сразу же после этих слов головная боль усилилась и стала настолько невыносимой, что я потерял сознание.

* * *

В особняке Левашовых, в кабинете хозяина дома стоял его испуганный сын Олег и смотрел в пол. Граф Семён Григорьевич Левашов расхаживал по кабинету и разводил руками, пытаясь успокоиться. Ничего не получалось. На кончиках пальцев то и дело вспыхивали небольшие огоньки пламени. Левашов-старший подошёл к сыну, взял Олега за подбородок, приподнял ему голову, посмотрел в глаза и спросил:

— Сынок, ты идиот?

Младший Левашов молчал, пытаясь отвести взгляд.

— Ты что наделал?

— Я хотел помочь.

— Помочь? — Семён Григорьевич всплеснул руками. — Наложить на свою невесту заклятие и закинуть её в постель к двум наркоманам, это называется помочь?

— Я хотел как лучше.

— Да в кого ты такой тупой? С чего ты решил, что это лучше?

— Я хотел расстроить помолвку.

— Даже если принять твою идею скомпрометировать дочь Зотова, чтобы потом из-за этого расторгнуть помолвку, как рабочую, то её реализация просто верх кретинизма! Хотя и сама идея идиотская! Зачем? Почему изнасилование?

— Это должно было выглядеть не как изнасилование, а будто она сама. Типа она мне не верна. Видео бы сняли в процессе.

— Ты хотел снять видео, как твоя невеста под действием одурманивающего заклятия кувыркается в кровати с двумя наркоманами, а потом принести эту запись её отцу и на основании этого разорвать помолвку?