Топаем на обед — после него у нас занятия по топографии. Ужин — и снова на занятия — будем пробовать набить друг другу морду.
Вообще, надо сказать, что никто из нас так до сих пор и не понял — по какому принципу тут вообще организован учебный процесс? Целый день можем, например, стрелять. А ночью — марш-бросок по темному лесу. С утра же — топография…
Какой-то странный, дерганный ритм.
По просьбе ребят, набравшись нахальства, задаю этот вопрос Оленеву. С ним у меня установились какие-то, можно сказать, теплые отношения. И если на вопросы других он отвечает крайне редко — больше отшучивается, то со мною разговаривает вполне серьёзно. Вот и сейчас, выслушав вопрос, он спрашивает в ответ: «Вас на фронте часто предупреждают о бомбёжках? Мол, завтра в три часа дня, по вам будет нанесен бомбоштурмовой удар?»
— Нет, конечно! Они вообще могут налететь в любую минуту!
— Ну, а здесь отчего по-другому должно быть? — пожимает он плечами. — Вы всегда должны быть готовы ко всему!
Утешил…
Знать бы ещё — к чему?
Третий месяц пошел, ноябрь на дворе, скоро уже и белые мухи полетят… а мы всё бегаем… И о будущей службе знаем немногим более, чем в первый день нашего прибытия сюда.
Вообще, по правде сказать, тут собралась достаточно странная компания!
Михалев (тот, что с «Люгером»), например, связист.
А Руслан наш сверхметкий стрелок — так и вовсе артиллерист!
Разве, что летчиков нет…
Смех-смехом — а пушки мы тоже изучаем! Во всяком случае, я теперь могу ее зарядить, навести… и — возможно, даже куда-то там и попасть. Практически любую, даже и немецкую — здесь они тоже имеются. Кстати, Руслан оказался очень даже неплохим инструктором — всё объясняет четко и грамотно!
Нашлись среди нас и миномётчики — и их работа тоже стороной не обошла.
А уж, когда и до меня очередь дошла…
Несколько дней я просидел вечерами в мастерской. И в итоге получилось присобачить обычные охотничьи капсюля к большинству стандартных взрывателей. Ну и ещё кое-какие задумки постарался воплотить… Посмотрев на мои художества, Оленев только хмыкнул, сгрёб насколько таких самоделок в карман и удалился. А через неделю мне привезли целых три ящика моих изобретений — но уже сделанных вполне профессионально и явно не кустарным образом.
И началось…
Утро у нас в бараке теперь начинается с хлопков таких вот «сюрпризиков» — их ставят друг другу все подряд. Стоило мне только кое-что показать и высыпать на стол один из ящиков — народ моментом все просек и начал воплощать в жизнь всевозможные каверзы.
«Заминировать» таким макаром сапог или кровать, приладить «хлопушку» к полотенцу — я и сам, честно говоря, ничего подобного не ожидал!