Он помнил из истории, для чего рабов отправляли в Колизей. Их судьба сражаться, пока не погибнешь. У рабов имелся крошечный шанс получить свободу за множество красочных побед, но реально до свободы доживали считанные единицы. Как правило, они снова возвращались в гладиаторы и всё равно погибали на арене.

Когда Каца провели мимо амфитеатра и свернули направо на центральную дорогу, он с облегчением выдохнул. Но как оказалось, рано радоваться. Дорога привела к шумному рынку, на котором товаром выступали люди. Они стояли абсолютно голые под лучами заходящего красного светила: мужчины, женщины и дети, а эльфы глазели на них кто с ленцой, кто с интересом.

Командир легионеров завидел кого-то в толпе и поспешил к нему. Целью его оказался крепкий высокий эльф с чёрными волосами, заплетёнными в тугую косу до пояса. Он был облачён в зелёный хитон до пят с золотой вышивкой по бокам. Сверху на плечах белоснежная накидка. Они начали переговариваться. Командир легионеров показывал пальцами на Жан-Поля. В итоге парня подвели к ним и под угрозой заставили жестами раздеться.

Ему было жутко стыдно, но пришлось избавиться от всей одежды.

Покупатель внимательно осмотрел его с головы до пят и пощупал бицепсы. Его прикосновения были противны, но француз сдержался от гневных комментариев, понимая, что находится не в том положении, чтобы качать права.

Судя по довольной морде, покупатель остался удовлетворён. Он снял с пояса кожаный кошель и отсчитал командиру легионеров пять золотых монет, после чего рявкнул на Жан-Поля:

— Иди за мной, раб!

— Господин Неро, это животное не понимает эльфийского, — сказал Иллиниар. — Он из иномирцев.

— Своих рабов будешь называть животными, — адресовал ему суровый взгляд Неро. — Эй, ты, — вновь он обернулся к Жан-Полю, — loqueris latine*? (*говоришь на латыни?)

— Латынь? — оживился землянин. — Нет, но пару слов знаю.

Французский язык берёт своё начало от латыни, распространившейся на территории Галлии после завоевания римлянами. В течение времени под влиянием местных наречий латынь претерпела серьёзные изменения. Так что говорить на латыни, не зная её, не получится. Но некоторые отдельные слова Жан-Поль мог понять. Их немного, но это уже шажок к коммуникации с аборигенами.

Из задумчивости его вывел приказной тон Неро:

— Sequi me**. (**иди за мной)

На этот раз землянин примерно понял, что ему говорят. Фраза была отдаленно похожа по произношению на его родном языке. Он поспешно принялся одеваться, опасаясь, что ему не дадут забрать свою одежду. Но Неро терпеливо ждал, с любопытством рассматривая его обувь. Лишь когда он оделся, эльф пошёл на выход с невольничьего рынка.