— Твой крик не поймут, мясо. Я стерла следы.

Ламашту приближалась, небрежно покачивая своим тесаком. Могучие лапы крошили застывшие волны грязи — последствия моего каста по стихии земли. На морде, в которой не было ничего человеческого, тем не менее читался вполне себе довольный оскал.

— Ты потратил все Пламя в битве. Я смотрела. Я ждала! Такой сильный! Такой неопытный! Теперь ты ослаб и зовешь на помощь. Я слышу! Но никто не придет. Ты один. Здесь. Со мной. Моя добыча. Мое мясо!

Она что сделала? Стерла следы? Это, вообще, как? Это мой слепок, максимум что ей доступно, это вломиться сюда! Но уж точно не управлять им, диктуя свои условия. Чисто в теории можно перехватить управление чужим слепком, Эстр мне о таком рассказывал. Но ведь это надо вдвое сильнее противника быть! Вдвое!

Но зов по Знаку крови не проходил. Команда меня не слышит. Это факт. Значит что-то она все-таки сделала. И пусть я не понимал, что именно, стоило принять это, как факт. И не тратя время на сетования, придумывать, что делать дальше. Срочно. Потому что становиться кормом для этой кошки переростка мне ой как не хочется!

Правда, мыслей никаких. Кроме одной — смириться уже и принять свою судьбу. В конце концов, я попытался. А умереть и вовсе должен был в ту ночь, когда два адепта закинули меня в багажник.

— Да вот хрен вам всем! — ору я. — Слышите? Хрен! Вам! Всем!

И тотчас набатом отзывается Пламя в моей груди.

В нем слышится Сила Губителя, позволяющая совершить невозможное. Его Долг, который отступник добровольно на себя повесил. В лепестках бледного, но все еще живого огня пляшет Гордость воина, не умеющего отступать и сдаваться. И питает это все Гнев. Священный гнев на тех, кто преступил законы, посмеялся над замыслом и решил поработить чужие творения.

Осколки личности Шахата больше ничего не говорят. С этого момента им не нужно ничего мне сообщать или подсказывать. Все, что они могли сделать, уже было сделано. Выбор всегда оставался за мной. И сегодня, в этот самый миг, я его сделал. Стал тем, кем сам пожелал.

Я больше не ощущаю себя напуганным мальчишкой. Моя личность никуда не делась, но теперь за моим плечом словно бы стоит опытный воин. Надежный, как идеальный старший брат, про которого ты знаешь одно — мир может улететь в ад, но он останется рядом. Ведь ты не сдался. А значит, не сдастся и он.

Нам с ним нельзя проиграть. Невозможное дитя еще не найдено, а я не имею права прервать цикл бесконечного перерождения Пламени того, кто отказался от бессмертия, чтобы обеспечить людям такую простую вещь, как право выбирать. И это — мой выбор тоже. Остаться в живых. Сделать то, что должен. Обеспечить следующее звено в цепи. Победить.