Да и не может быть защита абсолютной. Что насчёт газов? Излучения разных типов? Раз они видят и слышат, значит свет и звук внутрь проходят. Насколько надёжны «фильтры»? Надо попробовать делать пули с сердечниками из системного металла. На миссии без сумок такое не протащишь, но против божественной защиты наверняка сработает. Сдаваться без боя мы в любом случае не собирались. Можно рассматривать происходящее как традиционное противостояние оружия и брони. И броня в нём почти всегда в итоге проигрывала…

* * *

Я поднялся на второй этаж, заметив прячущуюся за чашей со «святой солью» монашку. Судя по заплаканному лицу — ещё молодую и уже представляющую, что происходит.

— Кто здесь?

Возможно, звукиневидимость и глушила, но всю лестницу накрыть не могла.

— Господи Иисусе Христе, сыне Божий. Огради рабу свою Наталию…

Я прищурился, убедившись, что это обычный человек. Не игрок, не герой, не юнит и не замаскированный монстр. Впрочем, кто сказал, что снайпер не может быть простым наемником? Или наемницей, прячущейся под монашескими одеяниями? Ладно, не будем впадать в паранойю…

— Я знаю, что ты здесь! — на этот раз девушка повторила громче. Так себе способ приманить таящихся во тьме монстров. Само собой, она в это не верила и надеялась, что никто не отзовётся…

Возможно, так бы оно и случилось, но дверь, ведущая наружу, оказалась закрыта. Опять ломать? Или спросить ключ? В принципе, я мог попытаться пройти выше и выбраться через окно, но исторически монастырь являлся ещё и тюрьмой, так что решетки тут норма…

— Внимание! Действует особая группа ФСБ, капитан Иванов! Идет спецоперация, всем сохранять спокойствие! Мне нужен ключ от этой двери!

Увидев моё появление, монашка завизжала и бросила в меня горсть соли. К счастью,кинетическое поле я настроил неплохо, так что оно не восприняло это как угрозу и на запасах маны «атака» никак не сказалась…

— Ты уверена, что это было правильное решение?

— Не убивайте меня! — Она попятилась. — Пожалуйста! Я… я… сделаю всё, что вы захотите!

— Отдай мне ключи, дура. Ты что, новости не смотришь?

— В монастыре нет телевизоров. Интернет есть, но настоятельница лишила меня премии, забрала айфон и наложила епитимью. Сегодня уже шестой день, как я не была онлайн. Осталось ещё четыре…

— Ключи! — повторил я. Хотя торопиться уже особо некуда, задержки раздражали. — У вас они вообще есть? Или мне и эту дверь ломать?

— Не надо ломать. Вон он, на гвоздике, — она указала на стену. — Люди работают, поэтому мы держим там запасной…

— Мне нужно в угловую башню. Сетунскую. Там по пути будет ещё одна, от неё ключ тоже где-то на гвоздике?