— Но как же мы будем с ними воевать? — продолжал упрямиться Усинака. Холод от сердца перетек в кончики пальцев, и он нервным движением протянул ладони к очагу. — Кроме гордости надо иметь силу. Аккети было куда больше нас, а они проиграли все битвы и все их крепости разрушены. Ведь у мунгиров есть трубы, плюющие огнем, которые не остановит ни одна стена. А их маги…

— Самые сильные их колдуны пали в Битве Магов в Кольце Хром-Минеса, — перебил его ханкуль, — а те, кто остались, заперлись в своих башнях, продают амулеты и больше не вмешиваются в мирские дела. Помочь мунгирам они не захотят. А наши друзья ангу нам помогут. Пойдем я покажу тебе наше новое войско.

* * *

— Бесовщина, какая-то… «живая карта», вы что, это серьезно? — военный атташе посольства СССР в Каире, а заодно резидент ГРУ, генерал Румянцев, откинулся в кресле и закурил сигару.

Серегин пожал плечами, мол, не его компетенция, обращайтесь за разъяснением в вышестоящие инстанции.

— Ну, хорошо, — генерал навис над картой Синайского полуострова, — где предполагается переброска.

— Где-то в районе «святой Екатерины», — Серегин ткнул пальцем в топографическую отметку, — точней сказать можно будет только на месте. «Живая карта».

— Ага… ничего не понимаю… — Румянцев сверлил полковника глазами, но тот оставался невозмутим, лишь развел руками — сведения высшей секретности, пояснять не уполномочен.

— Ладно, — стал размышлять вслух Румянцев, — вертолетом сейчас опасно… евреи вздрючены после одиннадцатого июня… могут сбить. Поедете по шоссе до Рас-Гариба, оттуда на лодке морем. Детали уточним походу. Согласую с египтянами, их агентура вас встретит на Синае. Свободны, полковник. Далее согласуйте через Белова.

* * *

«Газ-69» был не тентованный, а-ля кабриолет. В машине нас трое: шофер египтянин по имени Махмет и мы с Серегиным. Мне досталось место сзади, рядом с кучей каких-то шмоток. В багажном отделении лежала упакованная резиновая лодка и небольшой мотор к ней.

Выехали рано утром, до наступления жары. По знакомой, мне с прошлой командировки, дороге Каир-Суэц ехали часа два. Миновав Суэц, свернули на юг. Слева открылся простор Суэцкого залива.

Стоял полный штиль и цвет воды, изумрудный у берега, с удалением менялся на бирюзовый. На восточном берегу залива на фоне безоблачного неба были четко видны силуэты Синайских гор.

Сразу же за Суэцем дорога прижималась к изгибистому берегу грядой отвесных скал. Махмет в обычном арабском стиле, несся, как подорванный и приходилось то и дело напоминать ему, чтоб сбавил прыть — доехать хотелось живыми.