В голове мигом прояснилось, я все понял и осознал. Какие же мы идиоты, куда было спешить? От ливня выше по течению, река вздулась и легко сняла плот с мели. И вот теперь он уплывал, унося с собой последнюю надежду на спасение.

Сзади раздался дробный топот босых пяток. Это не выдержали нервы у Хомы, и он понесся вдоль опушки леса, следом за уплывающим плотом. Мне ничего не оставалось, как присоединиться к бегству.

Мы бежали, по заросшему травой лугу. Оглянувшись, я увидел, что звери, перестав изображать из себя сфинксов, ленивой трусцой следуют за нами по берегу, не приближаясь, но и не отставая.

Мика на плоту руками подавала какие-то знаки и что-то кричала. Секунду спустя до меня дошло, что она пыталась до нас донести. Впереди метрах в трехстах, река делала резкий изгиб влево. Если бы нам удалось опередить своих преследователей, то оставался шанс, достигнуть берега раньше, чем стая вновь отрежет нас от реки.

Сомнительный шанс — скорость движения на четырех ногах значительно превышает оную на двух. Но существовала вероятность, что неведомым зверушкам, не сильно-то и хочется нас догонять. Может, они просто хотят поиграть, с забавными двуногими.

Ага, поиграть… в кошки — мышки! Что бывает с мышками после того, как кошки с ними наиграются, я старался не думать. Еще раз прикинул расстояние до излучины и из последних сил рванул вперед, обогнав Хому. Как говорил чукча геологу: мне не надо бежать быстрей медведя, мне надо бежать быстрее тебя. Вероятно, дружинник об этом догадался и тоже поддал ходу.

До реки оставалось метров сто. Я с размаху перепрыгнул узкий ручей, проломился сквозь кусты и вылетел на поляну.

Там нас уже ждали.

Сзади, как резаный, завопил Хома, сбитый с ног здоровенной зверюгой, прыгнувшей на него откуда-то сбоку. Оглянувшись на крик, я запнулся о корень и полетел кувырком. Не чувствуя боли, тут же вскочил, и остановился как вкопанный.

Передо мной было три зверя. Пожалуй, многовато. С одним бы может и справился. Розовые оскаленные пасти с белоснежными стилетами клыков. По-кошачьи выгнутые спины, шерсть дыбом. Хвосты возбужденно хлещут траву, когтистые лапы скребут землю. По пятнистой зеленовато-серой шерсти, с сухим треском скачут голубые искры. Сильно пахнет озоном.

Я почувствовал себя гладиатором на арене римского Колизея и не придумал ничего умнее, чем встать в боксерскую стойку.

Где ты спасительная трансформация? Где ты Макс-дракон или Макс-какой-нибудь другой монстр? Где поток силы, хлещущий сквозь меняющееся тело? Ни хрена нет! Неужели, так и сдохну? Синерг, ау, Сине-е-ерг!