Однако долго так продолжаться не могло. Жучинное племя, несмотря, на то, что земля под местом воздушной схватки оказалась сплошь усеяна разорванными телами, вскоре оправилось и сменило тактику. Они больше не стремились атаковать скопом издали.

Ближний же бой в их исполнении выглядел вот как: максимально рассредоточившись, они стали наскакивать на дракона, как собаки на медведя. Собаки-камикадзе. Нанеся удар, жук не стремились увернуться от ответного, словно единственной целью его жизни было нанести дракону хоть какой-нибудь вред, а тогда и умереть не жалко.

Они и умирали, сыплясь вниз черным дождем. Но и вред причинить успевали. Передняя пара их конечностей имела вид зазубренных серпов, коими жуки работали со скоростью бензопилы.

Через некоторое время я с удивлением обнаружил, что оставляю за собой розовый шлейф, состоящий из мельчайших капелек крови. Сильно досталось крыльям. Особенно почему-то правому. Вся его кромка превратилась в кровавые лохмотья, и дракона стало ощутимо кренить набок. Жуков к тому времени осталось не больше трети. Но менее злобными они от этого не стали, продолжая атаковать дракона со всех сторон.

Боли я не чувствовал — полностью с драконьим телом так и не слился. Серьезных ран не было ни одной, но кровь из многочисленных порезов хлестала уже даже не ручьем, а рекой. Волнами накатывала свинцовая усталость. Огромные крылья взмахивали все реже, а движения становились все неуверенней. В какой-то момент, я обнаружил, что теряю высоту.

Может оно и к лучшему, — отчаянно думал я, прихлопывая очередную бестию, — на земле твари не смогут наскакивать со всех сторон, по крайней мере, нижняя полусфера будет защищена. Увлеченный боем, я забыл о том, что творилось на земле. Вспомнил только, когда что-то чиркнуло по броне, и оглушительно взорвалось, жестоко опалив бок. Макс-монстр в глубине сознания дико взвыл от боли.

Следующий клубок белого пламени, угодил в жука и тот полыхнул у дракона прямо перед носом, на несколько секунд ослепив и оглушив. Очухавшись, я обнаружил, что, беспорядочно кувыркаясь, валюсь вниз. Огненные шары продолжали взлетать мне навстречу. По счастью, ни один из них в меня больше не попал. Хорошо, хоть жуков разогнали.

Что же это за зенитчики, бля, такие?

Последним усилием, я расправил израненные крылья, превратив падение в планирование. Шары вылетали откуда-то из скопищ копошащихся подо мной скелетов. Похоже, среди них имелось немало бывших магов сохранивших часть своих умений даже после смерти и извращенного возрождения.

Быстро теряя высоту, я судорожно размышлял, что бы такого предпринять, чтоб отсрочить неминуемый конец. То, что конец неминуем, почти не сомневался — как, скажете, справиться с такой фуевой тучей врагов?