— А еще у нее стоит мощнейшая защита от ментального воздействия, — добавила супруга. — Я не очень сильна ментально, но практика настолько велика, что за свою жизнь встречала разных людей, имеющих различную защиту, но с таким сталкиваюсь впервые. У меня вообще создалось впечатление, что к ней невозможно подобрать ключ, невозможно взломать. Свои эмоции она тоже прекрасно контролирует, лишь иногда что-то да проскальзывало. Кстати, к эльфам она относится негативно, что неудивительно, ведь они крайне отрицательно относятся к полукровкам от их аристократов.

— Ладно, ты лучше скажи — подходит она для нашего младшего сына?

— Он с ней не справится, — покачала головой герцогиня, — внутри этой девушки чувствуется иридиевый стержень. Заметил, что она совсем не комплексует по поводу своей внешности? И она не стерпит измены, а какая она воительница ты прекрасно осведомлен, — но увидев в глазах супруга вопрос, добавила: — Это чисто женская интуиция.

— Тогда остается только партия с графиней Дéнержи, — вздохнув, произнес герцог.

— Зато там все понятно, — улыбнулась ему жена. — Пойду к баронессе, к которой сейчас должен прийти портной, хочу посмотреть на платья, что она заказала.

Герцогиня поднялась и сделала пару шагов к выходу, как раздался стук в дверь, а спустя пару секунд, в кабинет вошел помощник герцога.

— Ваша светлость, прибыл Дариус Казнаггар из Демоностана и просит аудиенции.

Чета Меренги переглянулась и женщина села обратно в кресло.

— Пожалуй, я повременю с портным.

В кабинет вошел демон, которому по людским меркам можно было дать сорок пять-пятьдесят лет. «Значит, по меркам демонов, ему около пятисот лет», — подумал герцог.

— Ваши светлости, — он поклонился сначала хозяину, затем хозяйке. — Мое имя Дариус Казнаггар и, как вы понимаете, я отец арестованного Гриндиуса, моего сына. Я хотел бы знать, какое наказание его ожидает. Моему брату сказали, что сто плетей.

— Это только в том случае, если баронесса не потребует смертную казнь, — ответил герцог.

— Сто плетей это та же смертная казнь, — покачал головой, — мало кто способен выдержать такое наказание. Может быть, имеется какая-нибудь замена?

И они принялись обсуждать возможные варианты, которых в действительности оказалось всего несколько. Во-первых, это сто плетей; во-вторых, смертная казнь; в-третьих, это десять лет каменоломен; в-четвертых, те же десять лет отработать у самого аристократа с дачей временной клятвы.

Оскорбленные аристократы почти всегда требовали последний вариант, поскольку отрабатывал оскорбивший, где прикажут. Прикажут одному долбить камень — должен делать, скажут, чтобы самостоятельно принес шкуру медведя — должен выполнить. Очень мстительные представители высшего света придумывали такие работы, чтобы сам провинившийся проклял все на свете. У демонов же в этом варианте был еще один нюанс — они не могли дать временную клятву. Если клятва, то это навсегда.