Туман начал рассеиваться вовремя, иначе русским пришлось бы лечь в дрейф. Но атакующим очередной раз повезло, если можно назвать везением сочетание расчета, отваги и совпадения случайностей. Рискнув пройти большими кораблями в тумане, по возможным минным заграждениям, даже несмотря на наличие идущих впереди специально оборудованных пароходов-разградителей, русские вышли к береговым батареям на «пистолетный» выстрел. Кстати, разградители, потерявшие курс и нисколько не прикрывшие основную колонну, не понадобились. Не ждали японцы такой наглости от неприятеля, корабли которого должны были чиниться после сражения у Шантунга. Да и перекрывать основные пути снабжения из США и Европы, создавая трудности и так опасающимся русских рейдеров пароходам купцов, никто не хотел. Вот и получилось в итоге, что неприятельские броненосцы и крейсера, все способные развить хорошую скорость хода и достаточно бронированные чтобы поспорить с береговой артиллерией, словно ниндзя внезапно прокрались к столичным берегам. И открыли огонь, смешивая с землей не успевшие еще проснуться батареи. Русские корабли обрушили на японские позиции град фугасных и сегментных снарядов. Последние, как выяснилось позднее, оказались не менее эффективны, чем фугасы. Огромные стальные стержни этой своеобразной крупнокалиберной шрапнели, предназначенные для пробивания корпусов миноносцев, с легкостью пронзали тела батарейцев, не прикрытых от огня сверху ничем. Да и орудия, оказавшиеся в зоне поражения, чаще всего выходили из строя, получив множество мелких повреждений.
После серии мощных взрывов на батареях мыса Канон и форту «Номер Один» начали просыпаться не только поднятые по тревоге артиллеристы, но и жители многочисленных городов залива.
— Ну что, господа. Пошла потеха! — адмирал Дубасов, взявший руководство этой авантюрой в свои руки, опустил бинокль и осмотрел стоящих на мостике «Ретвизана» штабных. — В рубку, господа. И передайте Якову Аполлоновичу, пусть начинает.
Адмирал Гильтебрандт, державший флаг на «Петропавловске», дожидаться формального приказа командующего не стал. Три корабля его отряда — «Петропавловск», «Двенадцать Апостолов» и «Владимир Мономах» проскользнули мимо не успевших отреагировать батарей в залив и устремились к Токио.
Впереди шел довооруженный семидесятипятимиллиметровыми пушками вместо мелкокалиберных орудий Гочкиса броненосный крейсер, готовый отразить атаки миноносцев. За ним, подняв стеньговые флаги и зарядив все орудия шли наскоро подлатанный «Двенадцать Апостолов», лишившаяся в последнем бою части орудий среднего калибра и, концевым — флагманский «Петропавловск». На мостиках кораблей, кроме офицеров стояли и гражданские шкиперы, ни один раз посещавшие Токио и досконально знавшие фарватер.