— Сидите тут, я узнаю что случилось, — сказал Вадим, и первым вышел из бронетранспортёра, после чего раздалась пулемётная очередь. Мы уж было собрались расстегнуть ремни выйти, как Вадим вернулся и занял своё место. — Всё нормально, летун одиночка. Видимо проводил разведку. В любом случае, на экипаж они нападать не станут, не тупые, их когти не разорвут такой толстый слой брони.

— Понял, — синхронно ответили мы, после чего бронетранспортёр тронулся дальше.

Так незаметно пролетели четыре часа, пока мы снова в первый раз не остановились. Выйдя из бронетранспорётра, я увидел знакомый пейзаж пустоши, и встретил взглядом наёмников Гипериона.

Восемь человек, без экзоскелетов или магических винтовок. На вид не кажутся опытными, но внешность обманчива. Учёных, как ни странно, не оказалось. Вместо них была одна учёная, которой наёмники помогали переносить оборудование.

Невысокая, где-то метр шестьдесят, молоденькая брюнетка, стройная, с короткими чёрными волосами, мягкими чертами лица и тёмно-синего цвета глазами. Из одежды на ней та же форма Витязей, которую помнится на тренировке носила Мария Иннокентьевна, наша преподавательница по химерологии. Только эта одежда была утеплённее, так сказать по погоде.

Не знаю почему, но чем-то она притягивала мой взгляд. Причём речь шла не о влюблённости — да, незнакомка красивая, возможно аристократических кровей, только и я не подросток, чтобы вестись только на красоту. Нет, тут играют другие, непонятные мне чувства.

Это как смотреть в стену, которая кажется тебе какой-то не такой. С виду — стена как стена, из глиняного кирпича, покрашена белой краской, что в ней такого? А вот нет, глаза считали какую-то мелочь, передали сигнал мозгу, а вот что именно показалось странным, разум тебе объяснить не может или не хочет, и ты начинаешь вглядываться, прогоняя варианты в голове.

Со стороны это может выглядеть глупо, но мне лично на такое глубоко плевать. Та же стена может выглядеть обычно, но одним из её кирпичей может скрываться тайник. Так и здесь — если чем-то она меня зацепила, значит есть в ней что-то особенное.

Так что не бывает таких совпадений, если только сам мозг не ошибается. Только в моём случае он ошибается из ста случаев один раз.

Как минимум мне казалось странным, что её такую молодую одну отправили на операцию с узкоспециализированной сложной техникой. Ей же на вид всего восемнадцать, откуда стало быть взяться опыту? И тут точно нельзя сказать, что внешность обманчива, возраст не только красота выдаёт. Походка, расторопность, то, как она говорит, как себя ведёт — всё это чувствуется.