Юсупов Григорий Иванович, а это был именно он, набрал полную грудь воздуха, но сумел взять эмоции под контроль. Он повернулся в сторону ведущей на территорию больницы двери, и стал ждать. Прошло всего три минуты, как та открылась, и к ожидавшему отцу подошел достаточно молодой мужчина.

— Здравствуйте, Григорий Иванович, — поздоровался он с Юсуповым. — Мое имя Станислав Сергеевич Иванов. Слушаю вас.

— Здесь находится на лечении моя дочь, и я требую пропустить меня к ней.

Юсупов не был знаком с этим Ивановым, и делами в других городах, кроме Москвы и Петербурга он интересовался довольно поверхностно, тем более с родом Троекуровых их интересы почти не пересекались.

— При всем уважении, пропустить вас на территорию больницы в это время без разрешения главного врача не могу.

— Так вызовите его.

— К сожалению, и это сделать не могу. Сегодня поступило много раненых, и Сергей Владимирович устал, делая операции. Он сейчас отдыхает и восстанавливается. Могу вас заверить, что угроза жизни вашей дочери отсутствует.

Отец, наконец-то, полностью взял эмоции под контроль. Он понимал, что подобные его действия могут вызвать жесткую реакцию со стороны Троекуровых, но, только узнав, что дочь не думает умирать, успокоился.

— Можете сказать, что с ней?

Капитан Иванов, как только узнал, что раненая молодая женщина дочь главы рода Юсуповых, предполагал подобное, поэтому все данные по этой пациентке он выучил наизусть.

— Очень сильное сотрясение. Девушка получила удар по голове, но успела прикрыть ее, поэтому на левой щеке всего два шрама. Кисть и предплечье левой руки профессор собрал, теперь нужен отдых. Приходите завтра утром.

Юсупов стиснул зубы, но понимал, что в данный момент он бессилен. Профессор Иванов Сергей Владимирович был одним из десяти одаренных в России, владеющим целительством на высоком уровне.

Своего дома в Самаре у Юсуповых не имелось, но они сняли в лучшей гостинице целый этаж. Несколько часов он не мог уснуть, и только под утро сон сморил его. Но через два часа его разбудили, и еще спустя это же время они подъехали к больнице. На этот раз его проводили сразу в палату, где в это время находился профессор.

— Папа, — улыбнулась дочь.

— Здравствуй, — мужчина облегченно выдохнул.

— Григорий Иванович, сегодня вашей дочери значительно лучше. Я сегодня еще немного подлечил ей руку, теперь можно ею двигать. Но в течение трех дней не рекомендую поднимать тяжести больше трех килограмм. Либо можете оплатить хорошего целителя и он за пару сеансов полностью восстановит все.

— А вы?

— Я не могу, у меня еще много пациентов после вчерашнего инцидента. Всего хорошего. Если хотите забрать дочь, то сестра оформит выписку.