— Уже не терпится поглотить твою душу, — хмыкаю безголовому телу.

Между тем практически всех горцев положили, несколько пленников не в счет. Перестрелка закончилась. Гвардейцы занимаются ранеными и погибшими.

— Хорошо скакал, — с одобрением громыхает подошедший глава Совета. — Ловко, парень.

Я небрежно киваю ему, считай за поклон.

— Если бы вы лучше целились, моих скачков было бы в разы меньше.

Некоторое время он смотрит на меня из глубин гранитного шлема, словно бы с прищуром, а потом разряжается громким раскатистым смехом.

— Уж как получалось, парень. Я сначала вообще думал, что ты один из них. Только когда они начали помирать от твоих взрывов, сообразил.

Трубецкой скидывает с себя пласты гранита и оглядывает экипировку мертвых убыхов.

— Клан Нестер? — удивляется глава Совета.

К нам подходят телохранители Трубецкого, Еремей и Витязь.

— Не кажется мне, что все так просто, Ваше благородие, — замечаю, а сам ищу внутренним зрением Заура. Я поручил ему сдаться одним из первых, но среди пленных молодого убыха нет.

Обнаруживается горец на земле посреди кучи трупов. Я подхожу к своему духовному рабу, оглядываю подстреленный живот. Тресни Навь! Ранение серьезное, черт. А раз не жилец, надо действовать быстро.

Сев на корточки, я сдираю маску с лица Заура. Он смотрит на меня вылупленными глазами.

— Говори, — шепчу. — По сценарию, — и уже громче. — Кто вы, мать твою⁈

На мой крик подходят Трубецкие с Моржовым и Богатыревым.

— Не убивайте и я скажу! — громко отвечает Заур через силу.

— Не убьем, — соглашаюсь. — Кто вы?

— Фират, — хрипит Заур. — Мы — клан Фират.

— Но у вас вышита эмблема Нестера, — замечает Трубецкой.

— Это обман, мы хотели подставить Нестера, — всхлипывает убых. — Фирату приказали уничтожить Моржовых и, по возможности, Трубецкого.

— Кто приказал⁈ — вскидывается глава Совета. — Скажи, и я достану тебе Целителя!

Он, сто процентов, лжет. Зауру жить от силы десять минут, а ближайший Целитель в сотне километров. Но эта ложь мне на руку.

— Говори! — требует Трубецкий. — Кто приказал⁈

— Воскр… — не договорив, Заур закрывает глаза и перестает дышать.

Я проверяю его пульс. Мертв. Тресни Навь! А ведь почти досказал! Шлюха-Судьба опять заигрывает со мной!

— Гхм, — глубоко задумывается Трубецкой, а потом поднимает взгляд на Еремея. — Пленных сразу везите в мое имение на Продольной, их допросом займутся мои дознаватели.

— Хорошо, — протягивает Моржов и бросает взгляд на меня.

Это не утаивается от Трубецкого.

— Кстати, кто ты такой, парень? — спрашивает глава Совета. — Герб Лазаревых, — он кивает на вышивку на плече Богатырева, — я узнал, но у тебя вышит странный грифон. Не помню такого.