Люди небогатые, но трудолюбивые, а главное — весёлые и неунывающие. Даже реальная катастрофа, надвигающаяся с севера, не убавила хорошего настроения и жизнелюбия. Может быть, даже добавила. В трудные времена оптимисты в цене…
Немного слишком остро, но съел я всё, что передо мной поставили. После морских купаний аппетит всегда хороший, а после сегодняшних приключений я бы и двух слонов съел. Слона не слона, а ещё пару порций я умял, приведя хозяина в восторг. Чаевые его порадовали даже меньше. По настоящему человеку важно, чтобы людям нравилась его работа, дело его жизни. Деньги важны, но это уже вторичное. Я и сам такой…
Уговорить моего почти персонального шофёра высадить меня там же, где и в прошлый раз было на удивление трудно. Но приехав на место я понял причины такого упорства. Граница изменилась до неузнаваемости.
Почти пустое прежде пространство севернее стены на границе, сейчас уже было целым морем людей, которые пытались сбежать подальше от эпидемии. Сдерживали их только мексиканские пограничники. Они для острастки периодически стреляли в воздух, когда толпа вплотную приближалась к стене. Пока это работало и вынуждало американцев отхлынуть.
Слышны были возмущённые крики, кто-то пытался убедить, умолять, угрожать, это не помогало, но какой ещё был выбор у тех, кто добрался сюда с большим трудом и не видел других возможностей выжить?
Себастьян — человек занятой, и пребывает в вечном желании заработать. Должно быть, здесь перспективы обогащения он не обнаружил и сразу же уехал. Я же решил попробовать пройти телепортом по следу. Попытка не пытка. Да, прошло время, да, здесь уже нет грузовичка с нарисованным порталом, но и потерь в случае неудачи никаких. Зайдя за рекламный щит, знакомый по прежним перемещениям, и убедившись в отсутствии ко мне какого-либо интереса со стороны немногих мексиканцев, пришедших посмотреть на необычное зрелище:
— СЛЕД В СЛЕД —
Шаг в марево, и я опять в Калифорнии. Теперь я уже позади толпы тех американцев, которые бегут оттуда, куда стремлюсь я. На дороге обнаружилось огромное количество машин, некоторые с открытыми дверцами и ключами в зажигании, но вокруг холмы и скалы. Проехать нереально, а вся видимая дорога забита транспортом. Пришлось идти пешком навстречу людскому потоку.
Встречные часто спрашивали меня, можно ли пройти через границу, и я, раз за разом, рассказывал о реальном положении дел. Люди разочарованно качали головами, но продолжали идти с видом обречённых на казнь. Грустное зрелище, но твёрдо решив не пускать это в себя, я постарался идти быстрее, где было возможно — бежал.