Гоплит врага, стоял в окружении моих монстров и никуда не двигался.

— Эй мужик, может поговорим? — а терять мне нечего, судя по всему, почти все слуги врага были уже уничтожены, и мои юниты потеряв почти половину отряда, сейчас добивали остатки. Я сразу материализовал еще двенадцать штурмовиков, мало ли, гад выкинет какую-нибудь херню.

— Нам не о чем говорить иномирец. Предатели, что наняли тебя, скоро будут блевать кровью на дыбе, в ожидании, когда жрецы вырвут их сердца. Склони голову, я убью тебя быстро.

— Да знаешь, я не спешу умирать, но может стоит немного поговорить? Знаю, что ты не сдашься, но как насчет поединка без использования заклинаний? Честь по чести, один на один. Посмотри вокруг, твои слуги мертвы, твои соратники мертвы. Я уже победил. Что скажешь?

— Ты мне говоришь про честь? Умри мразь! — заорал гоплит видимо не собирающийся драться честно, и начал кастовать какое-то заклинание. Движения были мне незнакомыми. Но я прямо шкурой почувствовал, что нужно срочно сваливать отсюда.

Вот только куда? То, что тварь сейчас делает, скорее всего убьет всех кроме самого гоплита. Поэтому решение было принято молниеносно, я рывком бросился под ноги гоплита, проскочив под завершающим каст движением и оказавшись за спиной урода, двумя руками обхватил его шею, запрыгнув, по сути, как на коня. И я был охрененно прав!

С неба ударили молнии и разверзлись небольшие порталы, откуда с огромной скоростью вылетели несколько сотен камней с мою голову размером. Юнитов окружающих врага, практически сразу стерло стремительными ударами, земля от падения камней тряслась так, что я, кажется, понял, где я уже такое чувствовал.

В прошлый раз, когда гоплиты воевали, а я раненый валялся в могиле. Вот это силища! Хорошо хоть радиус действия был не такой большой, всё что было на расстоянии десятка метров от гоплита было стерто нахрен! Зато Бочка оставался вне действия заклинания и тем спас себе шкуру.

Спустя пару мгновений после того, как это падение метеоритов прекратилось у гоплита закончилась аура и его тщетные попытки сбросить меня с своего горба закончились для него плачевно. Используя жало, пробил доспехи в нескольких местах, разрезая сухожилия и кости и лишая его фактически возможности шевелить руками, а затем уронил обездвиженного противника на землю. Затем так же неаккуратно, срезал ремни с шлема и отбросил его в сторону.

Передо мной оказался взрослый мужик лет сорока с небольшой седой бородкой скрививший рот от страшнейшей боли. Всё — дядька не боец.

— Ну вот, я же тебе говорил, надо было попытаться честно, вдруг бы получилось. Так что поговорим?