— Лич. Мастер плоти. По силе равный… э-э… грандмастеру?

Мэр потрясённо охнул. Я же даже не улыбнулся. Очень повезло, что лич был лишен своей полной силы и не мог передвигаться. Только кто и зачем спрятал тварь в катакомбах?

— Спасибо, Лиама, — растерянно пробормотал мэр. — Можешь идти.

Когда в кабинете остались лишь два человека, я продолжил:

— В качестве награды за убийство твари я хочу кое-что пожелать. Мне не нужны ни монеты, ни артефакты: за молодость я успел накопить и то, и другое. А вот что меня действительно интересует, так это судьба моего внучка. Говорят, Вилатос украл голема, поэтому его теперь всюду ищут, пытаются догнать, стреляют в спину.

Мэр едва ли не мгновенно взмок. Щёки пошли пятнами, на лбу высыпали бисеринки пота.

— Мастер Чернозлоб, я приношу свои извинения…

Честно говоря, когда я в прошлой жизни слышал, что «мэры уже не те», я не ожидал, что они превратились в подобное. Зачем ты пресмыкаешься? На тебя ещё даже не начали давить. Потерпи, чёрт побери, собери мужество в кулак!

— Не нужно. Меня интересуют не извинения, а жизнь и спокойствие внука. Надеюсь, голова лича окажется достаточной платой за голема и все, что он, развлекаясь, украдет впоследствии? Или для этого мне нужно притащить ещё чей-то череп?

На фразе про другой череп мэр икнул.

— Я… я обязательно займусь этим делом лично. Не знаю, кто подал заявление на его розыск, но я вам обещаю — в этом городе и его окрестностях вашего внука Вилатоса преследовать больше не станут.

На большее я не рассчитывал. Требовать невозможного — чтобы мэр отозвал ориентировки из других городов, я не стал. Если я правильно понимаю, мэр будет кровно заинтересован обеспечить комфорт внучку человека, который притащил голову лича, потому в Оклорде меня не будут трогать. А вот в других городах — не факт. Мэр одного города не может распоряжаться стражей другого. Если уж отец Глебоса хочет меня поймать, чтобы наказать за своих людей, или вырезать из меня знания, которые сообщил мне Глебос, то он мог подмазать мэров или руководство стражи во всех городах.

— Вот и поговорили, — поднялся я. — Удачного дня.

— А принадлежащий вам череп?..

— Не интересует, — отмахнулся я. — Сделайте из него какой-нибудь артефакт, порадуйте себя.

Но так просто распрощаться с мэром не получилось. Когда голем приоткрыл дверь, перед кабинетом стоял непримечательный мужичок в обычной броне уличной стражи. Я бегло пробежался по нему взглядом, но не увидел ни одного артефакта.

Но стоило мне взглянуть в лицо этому человеку, как меня пробрало до печенок. Взгляд стражника был тяжелым, как гора.