Намек был более чем понятен. Я кивнул каменному голему и вошел внутрь, в прекрасный внутренний дворик. Взгляд мой пленили величественные здания. Стены их украшали узоры и символы — на первый взгляд, совершенно бессмысленные, но если присмотреться, можно увидеть, что узоры сливаются в руны. Увы, чтобы прочитать, что написано на ближайшей стене, нужно было взглянуть на картину целиком — со своей стороны я видел только длинное предложение, в котором кто-то вычурно и обстоятельно просил сделать сильнее… а вот продолжение я прочитать не мог — часть рун от меня заслоняли высокие ухоженные деревья, а часть, учитывая длину и обстоятельность составления просьбы, располагалась на других стенах здания.

Я не знал, куда мне идти — в Гильдиях Големостроителей я до этого не был. К вольным мастерам, к коим я и относился, гильдейцы испытывали глубокую неприязнь, и узнай они о человеке, который покушается на их работу и не имеет патента, попытались бы натравить на бедного Архитектора стражу.

Кстати, пройти их обучение и этот патент получить, я тоже не мог — у взрослого человека проверили бы прошлое, заставили дать клятву о том, что прежде не создавал големов и тем самым не покушался на доходы Гильдии, и даже попытались бы проверить мой статус. Сейчас мне поступить проще — я не имею архетипа, я молод и неопытен. Прекрасная заготовка, в голову которой можно вколотить верность Гильдии и обтесать так, как захочется наставнику.

От центральной дорожки отходили ответвления, но я не сворачивал и шел к главному корпусу — большому четырехэтажному зданию с витражными окнами. Там я подошел к единственной двери, целиком состоящей из мутного стекла, и надавил на кнопку звонка. Не прошло и секунды, как дверь открылась. За ней стоял послушник — юноша лет восемнадцати. Он смерил меня нечитаемым взглядом и посторонился:

— Заходи. Ты на поступление?

— Да.

— Следуй за мной.

Мы молча прошли по коридорам с высоченными потолками, миновали ряд нумерованных дверей, из-за которых доносились глухие голоса, треск электричества и звук работающих инструментов. Тут я не выдержал, и поинтересовался:

— Там мастерские, да?

— Поступишь — узнаешь, — буркнул послушник.

— А это сложно — поступить? — попытался я развести его на другие ответы, но ответа не получил. Жаль, узнать хоть что-то было бы очень полезно.

Одними мастерскими наш путь не ограничился. Дальше на стенах висели плакаты с портретами незнакомых мне людей — раньше я предпочитал изучать прикладное искусство и зубрить руны, а не учебники истории. Прошли мимо выставленных големов различных форм и размеров, каждый из которых был произведением искусства. На медных, железных и каменных я посмотрел без особого интереса, а вот големы из какого-то непонятного материала, не отличимого от человеческой кожи, меня заинтересовали. Лица их были безжизненны, но выполнены очень искусно. Отдаю должное неведомому мастеру, далеко не каждый големостроитель мог бы сотворить такую красоту. Я даже слегка вдохновился, и когда мы прошли этот ряд, мои руки зудели от желания создать что-тосвое , оригинальное и красивое.