— Продолжайте. И это были несчастные случаи… Да?

— Официальное заключение по обоим смертям — да.

— Почему их не воскресили с помощью родового Алтаря?

— Нам таких вещей не докладывали. Ходили слухи… Что на обоих женщин было наложено проклятье окончательной смерти.

— Ясно. А скажите, вам это не кажется странным?

— Нам не дозволено высказываться о таких вещах. Мы — простые солдаты.

— Хорошо. Тогда другое спрошу. Вот эта форма, которая на вас — она же не повседневная?..

— Я вынужден напомнить, что мы весьма ограничены во времени. Если опоздаем…

— Да знаю, знаю я. Просто отвечайте мне, и всё. Чем скорее мы завершим тут, тем скорее поедем… Так что?

— Эта форма парадная.

— Если мои приказы не вступают в конфликт с приказами главы рода — вы обязаны мне подчиняться?

— Да. Если они не вступают в конфликт с приказами главы семьи и всех, кто старше вас по праву рождения.

— Вы ведь не вправе применять ко мне силу, так?

— Не вправе. Но если получим прямой приказ…

— В этом здании есть арсенал?

— Есть.

— Отведите меня туда.

— Молодой господин, время…

— Мы зайдём в арсенал, и сразу после этого поедем. Или я продолжу вас расспрашивать. А это может растянуться надолго…

Два бойца переглянулись. Второй не удержал недовольную гримасу, тот же, с которым мы в основном говорили, с некоторой задержкой кивнул, после чего резко развернулся.

— Следуйте за мной. И, всё-таки, нам не следует задерживаться, чтобы не нервировать Аиду Казимировну.

Когда шагнул следом за провожатым, второй боец пристроился позади. Я невольно напрягся, ожидая, что ко мне всё-таки применят силу — но нет, ничего такого не произошло.

Мы быстро спустились по неприметной, явно не главной лестнице на несколько этажей, и прошли метров пятьдесят по какому-то служебному коридору — там не было никаких ваз, статуй и колонн, только строгая утилитарность и голые, ровные стены.

Добравшись до массивной железной двери, остановились перед ней. Первый боец набрал шифр на кодовом замке и приложил ладонь к матовому экрану. Створки разъехались в стороны, одновременно внутри зажёгся свет. Мне открылся вид на поистине огромное помещение, буквально забитое предметами самого разного плана, которые объединяло одно: всё это предназначалось для убийства и уничтожения, на худой конец — для защиты тех, кто занимается убийствами и уничтожением.

Я медленно прошёлся вдоль оружейных пирамид, стеллажей и шкафчиков. Глаза разбегались — чего тут только не было, даже разглядел переносные зенитные ракетные комплексы класса «земля-космос».

Походив туда-сюда, остановился у вешалок, на которых висело несколько похожих на свитера блестящих штуковин, и спросил: