В это время ещё двое служащих космопорта без всякого интереса рассматривали объёмную голопроекцию содержимого сумок, выводимую с другой стороны транспортёра. С их стороны всё выглядело прилично. А тот человек, который мог посмотреть на картинку с опасного ракурса, занимался поиском несуществующих запрещённых предметов на моём теле.

Но вот сумки проехали транспортёр, и меня отпустили. Даже сам не заметил, что всё это время стоял, задержав дыхание. Постарался как можно незаметнее выдохнуть и вдохнуть, чтобы не обращать на себя лишнего внимания.

Дальше подошёл к тому мужчине с портативным считывателем и протянул свой коммуникатор.

— Аварийная служба. Сантехник. Прибыл по вызову!

— Да, Порфирий Матвеевич. Сейчас вызову ответственного сотрудника, ждите.

Вскоре к нам, цокая каблучками, пришла та самая дама, с которой нам уже сегодня пришлось познакомиться — правда, сама она про это не знала.

— Вы сантехник?

— Да.

— Пройдёмте! И что у вас с лицом?

— Работа.

— Могли бы и умыться. Я нажалуюсь вашему начальству. У нас здесь приличное место!

Угрызения совести, которые я испытывал в отношении этой особы — что, мол, зря заставил страдать невинного человека — мигом улетучились. Поделом, значит — и ничего, что заранее.

Дама повела меня к знакомому уже женскому туалету, причём попёрла напрямик, мимо всех тех людей в штатском и камер. Деваться было некуда — пришлось плестись следом, по возможности стараясь делать это так, чтобы между чужими любопытными глазами и мной всегда кто-то был.

— Вот. Работайте. Когда закончите, зайдёте в сто вторую комнату, отчитаетесь.

Сто вторая располагалась очень неудобно — пройти туда, оставшись незамеченным минимум тремя агентами в штатском, было просто невозможно. Поэтому я упёрся рогами:

— Никуда я не пойду отчитываться. Устраню протечку — и уйду. Вызовов много!

В ответ на это дама разразилась длинной матерной тирадой, которой позавидовал бы пьяный патологоанатом. Но я невозмутимо выслушал всё, и напомнил:

— У вас единственный женский туалет на этаже закрыт, а мы стоим ругаемся. Я пойду, может, поработаю?

Дама снова извергла из себя поток нецензурных слов, но я просто спокойно прошёл мимо неё, порылся в одной из сумок, достал нужные инструменты — их специально положил сверху, чтобы случайно не засветить что-нибудь из запрещённого перечня — и пошёл чинить текущую трубу, под звуки непрекращающейся брани.

В конце концов, даме надоело, и она ушла, всё-таки крикнув напоследок, что если я не зайду в её кабинет, она не закроет вызов. Только она скрылась с глаз, как я тут же, быстро закончив простой в общем-то ремонт, подхватил сумки и поспешил наверх — туда, где меня ждала Яромира.