— Нет, Дарт, ты неправ, — засмеялась Кара. — У тебя одна проблема — это ты сам. Это ты враждуешь с Мэри, а не она с тобой. Если бы ты желал мира, то давно бы уже уладил все ваши разногласия и жил спокойно. А ты, похоже, мечтаешь о том дне, когда она разорвет тебе горло.

— Как? Как ты себе это представляешь? — в отчаянии воскликнул я. — Раз ты такая добрая, то подскажи, как мне уладить разногласия.

— Очень просто, — улыбнулась девушка. — Относись к Мэри как к другу, а не как к врагу. Я тебе уже несколько раз говорила, что у нее нет цели убивать тебя, а ты продолжаешь настаивать на том, что мечта ее жизни — прикончить тебя. И не хочешь понять, что это глупо. Только доброта Мэри защищает тебя от смерти. Или ты уже забыл, что подлежишь безусловному уничтожению? Так вот, чтобы убить тебя, Мэри достаточно было сказать, что она не будет отвечать за тебя. И все. А ты уже столько проблем создал моей сестре своими побегами, что ее можно считать идеалом доброты и терпимости, раз она все еще готова ручаться за тебя.

— Ну хорошо, пусть так, — пробормотал я. — Она не хочет меня убивать. Но она сама говорила, что приготовила для меня ужасные муки.

— Но ведь она не замучила тебя до сих пор? И если ты с ней помиришься, то и в дальнейшем ничего с тобой не сделает.

— Ты уверена?

— А ты попробуй примириться с ее существованием на то время, пока не рассчитаешься с ней, и сам убедишься в моей правоте.

Почесав затылок, я вздохнул и сказал:

— Попробую. Но не верю, что из этого выйдет что-то путное.

Сделав в лавке необходимые покупки, мы вернулись назад. Имея теперь чистую хорошую одежду, я решил привести себя в порядок — умыться-помыться и переодеться — и оккупировал на часок наличествующую в доме купальню.

Пока я отмывался-отчищался, на улице стемнело. Самое время для плотного ужина. Жаль только, здесь все не как у людей и ужинают все поздно ночью, а не после заката, как в деревне. Мысль о еде заставила мой желудок заурчать, и я решил плюнуть на приличия. Спустившись вниз, отыскал Аннет и вытребовал пару небольших бутербродов и чай. Несмотря на недовольство служанки, утверждавшей, что можно потерпеть часок-другой до ужина, я уселся за стол и перекусил. Посоветовав насупившейся Аннет успокоиться и пожаловаться своей хозяйке, что, дескать, гость не хочет сдохнуть с голоду, я с аппетитом стрескал свой немудреный обед.

Вернувшись в комнату, я немного повалялся на кровати. Разговор с Карой навел на мысль о том, что, возможно, и впрямь стоит малость изменить свое отношение к Мэри. От прямого противостояния пользы действительно нет, а вот если относиться к ней как к другу, то это поможет определить ее цели. Конечно, нет уверенности в том, что Мэри станет мне настолько доверять, что я смогу понять, в какую ловушку она хочет меня заманить, но такая возможность существует. Не зря же говорят, что врагов надо держать поблизости. Вот и воспользуюсь этой мудростью. А слова Кары о том, что Мэри не хочет меня замучить, чушь. Может, я и неспособен чувствовать эмоции, как варг, но предвкушение и радость, которые ощущала Мэри, когда обещала меня пытать, были настолько явственными, что нет никаких сомнений в том, что она желала моих мучений. И вряд ли угомонится. Если одно только предвкушение пыток доставляло ей такое удовольствие, то от воплощения своей мечты она не откажется.