— Чувствую себя так же.

Активировав шлем, Юра посмотрел показатели медицинского монитора, автоматическому лекарю пришлось повозиться — тяжелое сотрясение, проломленный череп. Если бы не регенератор, две порции которого он получил, и дальше бы валялся без сознания. А так почти норма.

Переключившись на меню отряда, Шах тяжело вздохнул, еще одна иконка погасла. Видимо, все же от судьбы не уйдешь — Поморка не пережила крушения.

Активировав карту, Юра попытался найти остальных выживших, пеленг был устойчивый, километрах в пяти горело пять ярких точек.

— Где все? — садясь и приваливаясь спиной к стене, задал он птицу свой первый вопрос.

— На месте крушения, меня послали к тебе. Погибла Поморка, остальные в норме, Термику вообще хоть бы хны, Мора шишку на лбу заработала. Остальные отделались синяками и ушибами. Я тебя почти сразу нашел, только вот ты в полном отрубе был.

— Плохо, — Шах посмотрел вокруг, ища свое оружие, но увидел только окровавленный ящик, с которым успел близко познакомиться.

— «Шквал» твой в «яйце» валяется, — поняв, что ищет Шах, пояснил ворон.

Подведем баланс — «Троль» и три обоймы к нему, кинжал теневички, четыре гранаты. По оружию все. Еды нет, рюкзака нет. Нужно пройти пять километров.

Шах огляделся более внимательно, он лежал в разрушенной квартире, крышу снесло, остались лишь стены. Медленно опираясь на кусок пластика, Жданов поднялся на ноги, его слегка повело, сказывалось ночное приключение, в глазах опять круги заплясали, ноги стали ватными и грозили подогнуться.

Выбрав в меню аптечки стимулятор, Шах отдал приказ на применение. Игла кольнула под левую лопатку, и уже через тридцать секунд жить стало здорово. Почти как с Еленой Малышевой. Хотя Жданов никогда не понимал, почему жить здорово именно с Малышевой, а не с Кирой Найтли, например. Распахнув дверь, ведущую наружу, он тихо выматерился, прямо под ним была пустота, что-то снесло половину дома, оставив эту стрелу, высотой метров в сорок, на которой он и застрял.

— Вот, как плохо не уметь летать, — ехидно прокомментировал с куска стены ворон.

Шах плюнул вниз и, достав початую пачку сигарет, сел у стенки и закурил. Самое плохое, что у него отсутствовала связь с остальными. Пять километров для выжженных земель, это очень большое расстояние. В лучшем случае устойчивая связь была километра на два. И то редко.

— Вот что, птиц, давай на взлет, полетай минут десять вокруг, поищи неприятностей. Если все чисто, вали к остальным, скажи, что я жив, но задерживаюсь. А я попытаюсь придумать, как отсюда выбраться.