Теперь я окончательно верю словам Николаса.
Слева доносится скрипучий звук дерева. Оборачиваюсь и вижу старуху. Маиса в чёрной рясе неуклюже устраивается на стуле. Лицо бледное, восковое. На губах – перламутрово‑розовая помада, глаза подведены синим, что лишь подчёркивает её болезненный вид.
– Тебя это никак не касается, – делаю глоток, и ставлю бокал на стол чуть громче, чем нужно.
Маиса усмехается краешком губ:
– Не ссорьтесь, – тянет она. – Не сегодня.
От её голоса по коже пробегает холод.
Неужели Ник говорил с ней? И она решила сменить гнев на милость?
Сомневаюсь. Такие не меняются.
Перевожу взгляд на Лику. Та несколько секунд сверлит старуху глазами. Между ними проходит немой диалог.
Они в связке.
Нутром чую: ничего хорошего из этой встречи не выйдет.
– Бабуля, выпей лекарство, – Лика произносит это с показной заботой.
Моя ладонь ложится на рукоять пистолета. Глаза Лики округляются, ее взгляд моментально цепляется за движение. Она сглатывает и дрожащими пальцами поправляет тонкую бретельку платья. Отлично. Сообщение получено. Запугивание сработало.
– Я давно знаю Николаса… – снова натягивает слишком сладкую улыбку Лика. – Отличный мужчина.
– Не сомневаюсь, – спокойно отвечаю я, – ты тут всех перепробовала.
На мгновение ее маска слетает.
Губы Лики дёргаются, брови съезжаются к переносице, пальцы сжимаются в кулаки. Воздух между нами становится густым. Ещё секунда – и будет вспышка.
Но ей хватает ума.
Недовольство сглатывается. На его месте снова появляется смазливая покорность.
– Предлагаю выпить за мир, – Лика тянет ко мне бокал. – Как ни крути, нам придется сосуществовать вместе.
Сверлю её взглядом, пытаясь нащупать подвох.
Она не выдерживает и отводит глаза первой.
Ладно, возможно, я накручиваю себя. Решаю всё-таки пойти ей навстречу – может, так они наконец оставят меня в покое и пойдут развлекаться дальше.
Тянусь к своему напитку.
Маиса уже держит мой фужер, аккуратно подливая вино. Делает это медленно, будто совершает ритуал.
– Что происходит? – пристально смотрю на нее.
Старуха поднимает на меня глаза. В них – мутная, липкая внимательность.
– Решила поухаживать за тобой, – просипела она.
– Отравить меня вздумали? – слова срываются сами.
– С ума сошла? – Лика заливается смехом.
Беру бокал. Не пью. Подношу к носу, делаю осторожный вдох. Запах обычный – виноград, алкоголь. Ничего лишнего.
– Мы не убийцы, Кейт, – качает головой Лика.
– Я привыкла никому не доверять.
– За любовь, – Маиса с трудом поднимается со стула, – за жизнь.
Замечаю испарину на её лбу. Женщине явно нездоровится – нужно сообщить Рику. Если она мутирует, миру в Мроке придёт конец.