44 день осени. Кабинет главы. Утро.

Сабрина Велакрус, прочитав письмо императрицы, отложила лист и внимательно посмотрела на Юлису Грестос.

— На общих основаниях? — спросила глава.

— Точно так, — коротко ответила принцесса.

Свет от окна падал так, что целая часть лица была немного в тени. А вот пострадавшая была видна со всей четкостью. Веко, словно лоскут неровно сшитой ткани, бугристая кожа, только начавшие пробиваться волоски брови. К тому же очень короткая прическа. Сабрина, сама почти год ходившая со шрамом на лице, принцессе сочувствовала, но…

— Вы понимаете, ваше высочество, что вам придется очень сложно? — произнесла Велакрус. — Ученики проходят новую подготовку уже больше двадцати дней. Разрыв, конечно, не радикальный. Но, как вы понимаете, вы будете новым человеком среди уже сложившегося коллектива.

— Ну, не таким уж и новым, — голос Юлисы был сиплый, словно слегка надсаженый. — Мы прожили с Антарией вместе два года.

— Это будет не Юлисанский Корпус, ваше высочество, — заметила глава. — Вы будете жить не в отдельной комнате, а в общем расположении. Таковы новые правила пребывания учеников.

— Антария писала мне, я знаю, — ответила сипло Юлиса.

Велакрус вздохнула. А потом заговорила деловитым тоном.

— До того, как вы будете зачислены, вы пройдете целителей, — произнесла глава. — Простите, но тут не госпиталь. И я должна быть уверена, что вы выдержите физические нагрузки. Поверьте, сейчас они весьма серьезные.

— Разумеется, — кивнула принцесса.

— Тогда сейчас вы должны проследовать в канцелярию, — тон главы сделался сух.

Собственно, он стал командирским. Она открыла лежащую перед ней папку с делом ученицы Грестос.

— В связи с вашим ранением, вы имеете право, как ученица Юлисанского Корпуса, на переход в Гвардейский Корпус после официального установленного срока, — продолжила Велакрус и что-то написала в деле.

Пододвинув его Юлисе, она пришурившись посмотрела на принцессу.

— Общие основания, госпожа Грестос, не подразумевают, что к вам будут относиться как к остальным, — произнесла глава. — К вам будут относиться особенно пристрастно, именно из-за вашего титула. То, что кому-то другому могут простить, с вас будет спрашиваться вдвойне. Это касается как обучения, так и физической подготовки. Теперь скажите, ваши ранения не скажутся на этом?

— Я здорова, — сухо ответила Юлиса. — Иначе целители обязательно бы нажаловались и меня бы никуда не отпустили.

— Тем не менее, наших целителей вы обязаны пройти, такова процедура, — сказала глава. — Вы свободны, госпожа Грестос.

Юлиса поднялась, вытянулась.