Вайлири подошла поближе и положила ладонь на черную, потрескавшуюся кору. И содрогнулась, представив, что так может выглядеть какой-нибудь мэллорн из Эло…
— Когда я в первый раз увидела его… ее, — в голосе Арианы зазвучала печаль. — Это было очень… тяжело. Словно стою перед пирамидой (погребальный костер складывается пирамидой).
Вайлири согласно кивнула. Сначала, издалека, она тоже ощутила что-то подобное. Но теперь… Вот теперь, стоя у мэллорна, она чувствовала, как будто стоит где-то на границе Эло. Мэллорн определенно пробуждался. Пробуждалась.
На самом деле Вайли с детских лет мечтала стать хранителем. Еще когда читала старые хроники. Это настойчивое желание привело ее в воины, а потом и в Храм. С течением времени, детская мечта, конечно, чуть поутихла, но желание служить именно с оружием в руках никуда не делось. А потом пришел Бран Тайфол…
И вот сейчас, казалось бы подзабытая мечта вновь колола в груди. Вид мэллорна полыхал в груди неистовым желанием защитить! Соединяясь с чувством матери по отношению к сыну. К сыну, который раз за разом делает все, чтобы сердце матери затопило безудержной волной гордости! Если говорить честно, то даже чувства к Брану отступили сейчас на второй план.
Ариана, стоящая за спиной Первого Клинка Храма (таков был официальный титул Вайрили Леваннар, а теперь Тайфол. Это не обозначение прямо лучшего воина эльфов, но одного из лучших точно. И да, Вайлири тоже приложила немало усилий к обучению сына), слегка удивилась, ощутив изменение в магофоне. Но именно слегка, просто мать хранителя и та, кто происходила из Дома, представители которого не раз становились хранителями, пусть и в древности, не могла не повлиять на мэллорн. И да, изменение было словно… ласка. Ариана невольно слегка улыбнулась…
…Возле мэллорна можно стоять вечно, это любой эльф может подтвердить. И только волевым усилием можно заставить себя отойти. Поэтому Ариана не торопила Вайлири, да и сама была не против. Обернуться заведущую кафедрой Плантор заставил чей-то приход. А если учесть, что войти сюда мог очень ограниченный круг лиц, то Ариана не удивилась, увидев главу Академии.
Эльфийка пошла на выход, по пути раскланявшись с Велакрус. Та слегка улыбнулась, благодаря Ариану за такт. И подошла к матери Аринэля, которая так и стояла, приложив руку к стволу мэллорна, прикрыв глаза и слегка улыбаясь.
— Доброго дня, госпожа Тайфол, — негромко произнесла Велакрус.
— И вам, госпожа Велакрус, — ответила Вайлири, ничуть не удивившись.
В Эло или вот так, возле мэллорна, эльфа невозможно застать врасплох. Они всегда знают, кто, сколько и где находиться недалеко от них. Но потом Вайлири открыла глаза и слегка удивленно посмотрела на главу. Просто люди ощущаются в поле Эло, как камни в неторопливом потоке. Мелкие камни. А людские маги, как большие булыжники. А вот глава Академии ощущалась… Как элорин (самоназвание эльфов). Вайлири вопросительно уставилась на Велакрус. Кстати, вокруг той не было этого едва заметного преломления света, когда стоит щит. А потом Велакрус подошла к мэллорну, коснулась его ствола (!) ладонью. И заговорила, но не с Вайлири, а с Атэёль!