… — Так, слушаем сюда! — рявкнул Аринэль. — Никакого героизма, ясно⁈

Сонте с удивлением посмотрел на товарища. Эди буквально распирало от адреналина. Бегущая рядом с Анти Саэко тоже подозрительно поблескивала глазами.

— Я скажу, встаем и стоим! — продолжал Ари. — Анти, наготове ставить щит! Следишь, на, за лучниками и магами и только за ними! Остальное не твоя забота! Саэко… А ты что тут делаешь?

Последнее адресовалось Свеарис. Которая каким-то хреном затесалась в эту инвалидную команду! Аринэль выдохнул сквозь стиснутые зубы.

— Стоишь, НИЧЕГО не делаешь, поняла? — рыкнул парень. — И смотришь за тылами. Только туда! Ясно⁈

— Понятно, — спокойно ответила Свея.

Аринэль смерил ее недоверчивым взглядом.

— Саэко, Кина! — продолжил Ари. — До Анти никто не должен дойти! То есть вообще! Ясно⁈ Эди, и до меня тоже!

Парень молча кивнул. А Аринэль перевел взгляд на Ямаден.

— А вы, я думаю, и сами справитесь да, госпожа Ямаден? — спросил Ари.

Женщина криво усмехнулась. Пятикурсник, который трусил рядом с ней, недоуменно косился на первогодку, который так лихо раздавал указания. И при этом бывавшая на Стене воспитатель Ямаден, славящаяся крайне своеобразным чувством юмора, ему не возражала. А Аринэль выдернул лук из чехла. Вот как тут не поверить в женскую интуицию? Мама Вайлири принесла этот лук накануне. Свой лук. И сказала, что ей будет спокойнее, если он будет у него. Вот из чего бы сейчас Ари стрелял?

— Осторожно! — крикнула Анти.

— Сто-оп!!! — тут же рявкнул Аринэль.

Перед ними в этот же момент взметнулся щит. Причем он был не как обычно, слегка искажающий реальность, а словно мутное стекло. По которому через секунду будто волны пробежали.

— Ну, вашу мать, не я это начал!!! — со злостью выдал Ари…

…Сариэль почти не шевелил широкими крыльями, оставаясь при этом почти на месте, попав в столб теплого воздуха. А еще птица чувствовала, что там, внизу, обрываются жизни. Там, где носились ярко-белые шары, вставала столбами земля, лилась кровь. Одна из двуногих, с белыми волосами, выбралась из когда-то голубой горы и в нее пытались попасть другие двуногие, в зеленой одежде. Но беловолосая двигалась так быстро, что те в зеленой одежде не успевали. А она успевала. Уже трое зеленых лежали на земле.

От линии людей, которые стояли со щитами, раздались хлопки, и танец беловолосой все же сломался…

* * *

Сумерки странное время. Мир словно замирает на грани между ночью и днем. На грани между двумя определенностями. Воздух словно хрустальный. Звуки, запахи, все какое-то четкое, выпуклое.

Эваннэ Дайриннэ стояла у мэллорна. Здесь, под куполом, не шумел ветер, не чувствовалась утренняя прохлада. Но Эваннэ ловила себя именно на ощущении, будто она стоит на вершине горы и смотрит на встающее над империей солнце. Вот только этого ощущения, нахождения на краю жизни, его не было. Впервые за всю свою жизнь Дайриннэ ощущала, что впереди что-то есть. Не призрачное, не эфемерное, а вполне конкретное… И великое дело. Она, одна из тех немногих, выживших в бесконечных боях, ощущала, что ее жизнь обрела иной смысл. Что она закончит свой путь не в пожелании ожидания, а с яростным напутствием победы!