Нужно закончить изучение рунных заклинаний, расширить арсенал и все-таки продолжать качать физуху базовым способом. Закончить культивацию ядра ки, да еще найти откуда-то время на магическую медитацию: она здорово повышает количество маны, а крепкие каналы уменьшают откат навыков. Например, после приобретения навыка «стрела тьмы» я могла выпускать ее чуть больше одного раза в минуту. А сейчас откат меньше секунды, и я могу выпустить без вреда для каналов 6-7 таких стрел. Да и урона они наносят теперь побольше.
Ладно, хватит думать, сперва нужно решить вопрос с пленницей. Придется вспоминать навыки допроса. Я сняла кляп и повязку с этого чуда. Поначалу она в панике крутила шеей, но осмотревшись, уставилась на меня злым взглядом.
— Что происходит, почему ты меня связала? Ты ведь не обиделась что я…
Тяжелая пощечина не позволила ей закончить свою мысль.
— Если ты имеешь ввиду, не обиделась ли я на то, что ты хотела сдать меня своим родственничкам, в обмен на прощение, то нет. Не обиделась. Мне просто нужна пленница для получения информации.
— Но я ничего не знаю. Я не была дома четыре года и не знаю, что сейчас происходит.
— Ничего, ты мне расскажешь про каждого члена вашего клана, кто что умеет, что любит есть и кого трахать. И поверь мне, ты не пропустишь ни одной детали. Мой оскал, улыбкой назвать это выражение было нельзя никак, видимо не сильно ее впечатлил.
— Я не буду помогать врагу клана, можешь меня убить.
— Уверяю тебя, дорогая, в конце концов ты будешь умолять меня, чтобы я тебя убила. Если, конечно, не станешь сотрудничать. А ты станешь, скоро ты вспомнишь даже то, что слышала, находясь в животе своей матери.
Я отломила щепку от потрепанной лавки и начала острить ее ножом. Делала я это медленно и с любовью, прямо перед глазами пленницы. Она молча, без понимания смотрела на меня. А потом я резко потянула ее вперед, роняя лицом в пол, так, чтобы у меня был доступ к ее рукам. И вогнала щепку под ноготь.
Орала она долго. Извивалась от боли и орала, размазывая сопли и слезы на полу. А когда успокоилась, я вогнала в палец вторую щепку. И опять, ор и плач. Похоже у нее очень низкая сопротивляемость к боли. Хотя, она же изнеженная аристократка, по ней видно, что она не из тех, на кого клан имел большие планы.
После четвертой щепки она уже умоляла меня остановиться, уверяя что расскажет все, что я захочу. Я, конечно, не поверила, и вогнала еще пару под ногти на другой руке. И только после этого вытащила щепки и прислонила ее к стене. Она была в шоке, зрачки расширены, смотрит на меня с диким страхом. Вот только я знаю, что это состояние быстро пройдет, она ответит правдиво максимум на два вопроса, а потом начнет юлить.