«Нет! Я не кровожадная тварь!» — пробилась из глубины сознания мысль. И следом пришла уверенность: эти разрушительные чувства не мои, их испытывает Костя. К тому же я откуда-то абсолютно точно знала: еще немного, и мой любимый мужчина утратит все человеческое и превратится в монстра.
— Я люблю тебя. Не уходи к ним, — шепнула едва различимо, а после, наплевав на логику, закричала, срывая голос: — Останься человеком! Ты слышишь, Росс⁈ Не уходи!
Глава 11
Московский особняк барона Росса. Подвал
Константин не дышал, сердце больше не билось. Нет, он не умер, он… изменился. Пытки мутацией наконец-то остались позади, зато им на смену пришел лютыйголод . Ничего ужаснее барон до сих пор не испытывал. Жажда крови почти лишила рассудка, но где-то глубоко в подсознании Росс продолжал сопротивляться.
«Зачем мучаюсь? Знаю же, что обречен», — в который раз промелькнула мысль в голове темного мага.
Облизнув потрескавшимся языком бескровные ниточки губ, он посмотрел на дверь. Жажду утолить ведь так просто — всего лишь выйти в коридор. И мучения закончатся.
Костя резко вытянул руку. Едва когти на его мертвецки бледных пальцах коснулись металла, монументальная сейфовая дверь с оглушительным грохотом выпала наружу. Окутанный пепельной дымкой барон, двигаясь с ужасающе медленной грацией, вышел из «надежной» камеры.
— Да чтоб тебя! — разрезал воздух испуганный возглас вирусолога, хотя самого Александрова не было видно. Широкий коридор пустовал.
Да вот только теперь глава рода Росс воспринимал всеиначе. Затянутые тьмой провалы черных глазниц безошибочно подсказали: двое мужчин и женщина скрылись в одной из подвальных комнатушек, отгородившись массивной дверью.
Глупцы.
Константин направился к помещению, где спрятались его слуги и вирусолог. Выросшие на пальцах ног когти гулко стучали по каменному полу, зловещее эхо подхватывало этот звук, отражалось от стен и улетало в глубину коридора. В действительности он мог бы молниеносно и бесшумно достичь нужной комнаты, но, словно еще надеясь на что-то, оттягивал неизбежное.
Остановившись перед внушительной металлической дверью, Росс, как в замедленной съемке, положил ладонь на ручку и шагнул назад. Вместе с дверным полотном. Небрежно откинул многотонную дверь и без спешки вошел в заставленную мониторами и медтехникой комнату.
— Мамочка! — сдавленно пискнула белая как мел Алевтина, мышкой юркнув за какой-то громоздкий навороченный прибор. Вирусолог же вначале замер, беззвучно открывая и закрывая рот, а после нырнул под стол.
Впрочем, им не имело смысла прятаться. Константинвидел всех живых на территории особняка.